Пожилая служанка переступила порог спальни, прихрамывая на одну ногу, и подошла к госпоже. Марсела вся сжалась, ожидая наступающей беседы. Мария прекрасно знала свою хозяйку. Отлично знала.
Мария спросила напрямую:
— Вы его оповестили?
Кровь заледенела в венах Марселы. Женщина встала, остановив свои утренние прихорашивания — нанесение крема для поддержания свежести и молодости кожи, массаж лица от мимических морщинок, и остальные процедуры, которые она делала по-привычке, чтобы всегда быть привлекательной для Жерома. Испытывая раздражение, она уставилась Марии в глаза.
— Скажи понятнее. Тебе же известно, я не выношу загадки.
— Сообщили ли вы ему о младенце?
Дыхание Марселы свело.
— Марсела… — проговорила пожилая служанка мягким тоном, — вы забыли, что я прислуживала ещё вашей матушке до того, как начала прислуживать вам. Я вас знаю практически так же хорошо, как вы знаете меня.
— Ты не права!
— Нет, я права.
Марсела рукой инстинктивно дотронулась до своего живота, который пока что был плоским и подтянутым, несмотря на то, что внутри уже развивался зародыш…зародыш, которого она не сумела родить со своим любимым Арсентием за те счастливые годы их совместной жизни…зародыш, в котором, как она думала, ей навека отказано судьбой. Отцом младенца являлся Жером Пуанти.
— Уже заметно?
— Пока нет. Но скоро станет заметно, вы ведь знаете. Вам необходимо сообщить ему, Марсела.
По бледной щеке Марселы скатилась всего одна слеза.
— Мне…мне страшно, Мария. — Старенькая горничная не ответила, а поклала свои натруженные ладони на плечи Марселы, а госпожа продолжила: — Я никак не ожидала, что произойдёт такое чудо и воспринимаю это как Божью волю. Когда не было месячных, я как-то не подумала, что возможна какая-то причина, кроме тех перемен, которые обязательно наступят скоро в моём возрасте. — Марсела выдохнула и вдохнула. — Мне уже тридцать восемь, Мария!
— Знаю, милая.
— Лишь на прошедшей неделе я навестила доктора Торония и узнала о своём положении, что беременна! От Жерома! Вначале мне не верилось в это. Потом дошло, что это реальность. Мне хотелось выскочить на улицу и прокричать о своём счастье на весь мир. Но я…я не сумела…
— Марсела…
Марсела отвела глаза, не в силах вынести на себе настоятельный взор старой горничной, и зашептала:
— В последние дни всё сложилось трудно. Поговаривают, что Жером как всегда таскается за девушками. Я не могла бы игнорировать это, как раньше, если бы мне не мерещилось, что его внимание ко мне понемногу исчезает. — Марсела замолкла, стараясь немного успокоить сердце. — Я никак не могла решить, что же делать дальше. У меня не было желания поговорить с Жеромом, пока я не буду уверена, что он не будет рад так же, как и я, когда узнает о моём чудесном положении, — Марсела сильно сжала ладонь Марии, смотря ей в глаза. — А после случилось это ужасное похищение его дочери, Габриэль… Жером выглядел таким подавленным… — Госпожа расплакалась, слезами смывая с лица жалкое подобие улыбки. — Тяжко это обсуждать, но благодаря именно этим чудовищным событиям ко мне вернулся Жером. Он снова был очень милым и внимательным, каким я не помню его уже много месяцев, а я сумела дать ему тот покой, который ему необходим. Но…пусть моя любовь вернулась, я боялась. О Мария… — слёзы сочились по её щекам. — Я не могу сообщить ему о беременности, пока не будет известно, что его дочь вне опасности. Жером очень любит Габриэль! Он начнёт ненавидеть меня, если я ему скажу! Боюсь, если девушка не возвратится, то Жером ещё меньше будет рад этому младенцу.
Мария возразила, качая седой головой:
— Нет, как так может быть? Нормальный господин обязан ощущать утешение в таких печальных обстоятельствах от самой новости, что он скоро будет отцом младенца.
— К Жерому это не относится.
— Но…
— Не Жером, Мария. — Слёзы всё капали по её щекам. — Я говорю правду, Жером не…
Доверившись ласковым объятиям Марии, когда та обвилась вокруг неё, Марсела в ответ тоже заключила в объятия пожилую служанку и тесно прижалась к ней, как не делала с детских лет.
Она зашептала:
— Можно лишь надеяться, что как только Габриэль возвратится, то тогда и Жером разделит эту радость со мной.