– Не пора ли нам? – говорит Рамеш. – Мы, может быть, и придем слишком рано, но это и неплохо, так? Никогда не знаешь, будет ли очередь.
И он идет куда-то, не дожидаясь ответа. Отлично. Мне предстоит компания болтуна.
– Как ты на все это смотришь? – трещит Рамеш, оглядываясь через плечо. – Я, если честно, думал, что схожу с ума, когда этот свет вспыхнул. Интересно, все ли что-то понимают, или некоторых это застало во сне или в кино?
Я понимаю, что нужно, наверное, что-то ответить, но боюсь, что это лишь поощрит его.
– А та вода, ну, когда ты сюда попадаешь, реально ужасная, правда? Я перепугался…
– Так ли ты перепугался, как я? – звучит мягкий голос за моей спиной.
Я оглядываюсь и вижу пухлую девушку с кроличьими глазами, она тащится за Рамешем и мной.
– Черт, ну да! – Рамеш усмехается, явно ничуть не обеспокоенный тем, что его монолог прервали. – Прошлой ночью ни на минуту не заснул. Такие жуткие сны снились.
Они смеются, как смеются незнакомые люди, когда им хочется подружиться.
– Ферн, Рейчел. – Рамеш кивает мне и девочке, знакомя нас.
За ней появляются все новые и новые люди, они обмениваются рукопожатиями и представляются друг другу, и я вынуждена отвечать им. Ох, нет. Я на такое не подписывалась. Я рассчитывала на одиночество. Я предпочла бы остаться сама по себе, бродить по этому миру, как брожу по Лондону после школы.
– А что ты здесь делаешь?
Наконец кто-то такой, с кем я умею общаться. Посреди группы стоит Олли. Было время, когда я завидовала тому, как он умеет явиться в какую-нибудь компанию – и все внимание тут же обращается на него.
– Особое приглашение.
Я одаряю его своей лучшей улыбкой, говорящей: «И что ты с этим поделаешь?»
– Откуда вы знаете друг друга? – спрашивает Рейчел-кролик.
– Мы близнецы, – поясняю я, прекрасно понимая, что Олли жутко не хочется признавать наше родство. – Ему досталась вся красота, а мне вся духовность.
Лицо Олли напрягается.
– Вау, – слышу я шепот Рамеша, обращенный к кому-то. – Если бы мне хотелось понаблюдать за семейной ссорой, я бы просто сказал родителям, куда я спрятал их виски.
– Ферн любит подчеркивать свою исключительность, – сообщает Олли своей свите. – Она кругом главная, вы знаете таких людей.
Он несется дальше, его компания топает следом. Когда Олли проходит мимо меня, я язвительно улыбаюсь. Мне бы уже следовало привыкнуть к его колкостям. Но когда все остальные тащатся к дверям замка, бросая в мою сторону оценивающие взгляды, я даю себе клятву. Я стану рыцарем, узнаю, что случилось с мамой, и никогда, ни при каких обстоятельствах даже думать не буду о том, чтобы подружиться с кем-то из этих людей.
10
Мне требуется некоторое время, чтобы мой мозг привык к тому факту, что собор Святого Павла превратился в средневековый замок. Когда всех нас загоняют в пространство под куполом, я пытаюсь заглянуть в открытые двери или через плечи группы танов, которые столпились у круглого стола. Мраморный пол под ногами сделан из пластин серебряного и пурпурного цветов с золотыми искрами – таких оттенков мрамора я никогда не видела в Итхре. Пластины уложены безупречными кругами, отражающими купол над нами. Мне хочется остаться одной, чтобы как следует рассмотреть весь орнамент, а не пытаться увидеть его кусочки под ногами других людей.
Люди в зеленых туниках выстраивают нас в некоем подобии порядка.
– Важно, чтобы вы стояли внутри вот этого круга… – начинает один из них.
Я стараюсь держаться с краю от толпы, но Рамеш не отстает от меня, несмотря на насмешки Олли, а где Рамеш, там, похоже, и Рейчел.
– А как ты сюда попала, если не была на посвящении? – шепчет Рамеш. – Получила свободный доступ или что-то в этом роде?
– Да, Ферн, как ты сюда попала, если не была там? – издали бросает Олли.
– Ты должна была прийти, – подхватывает Рамеш, не замечая внезапно возникшего напряжения. – Это было весело. Все вот эти люди…
Я пожимаю плечами. Я не собираюсь сообщать кому-то из них, что нахожусь здесь только с молчаливого попустительства.
– А ты знаешь уже, в какое лоре хочешь попасть? – спрашивает Рамеш. – Я хочу сказать, ясно, что самые крутые – рыцари, но вот Рейчел хочет попасть в харкеры.
Он строит насмешливую гримасу.
– Харкеры потрясающе выглядят, – поясняет Рейчел. – Ты видела, что открывается с балкона? И Круглый стол такой красивый!