Последние годы после ее смерти, я все чаще задумывался - кем была мать в действительности? Она не впускала меня в свою личную жизнь. До самого конца продолжала осознавать себя воспитателем и не опускалась до дружбы с собственным сыном. От этого мы многое оба потеряли...
На этот раз я не спешил углубиться в чтение, отгородившись газетой, внимательно оглядел зал. Контингент поздних посетителей был все тот же завсегдатаи из приезжих с Кавказа, хотя кое-кто, несомненно, был из жителей микрорайона - кому полюбилась здешняя кухня либо надоела своя, домашняя, а ехать далеко от дома не хотелось. Тончайший аромат вымоченного в вине и специях мяса доносился с кухни, щекотал ноздри...
- Приятного аппетита...
- Спасибо.
Я принялся за еду. Спешить было некуда.
Я выжидал время. Попозже я хотел еще раз вернуться к элитному зданию и взглянуть на окна шестого этажа, чтобы убедиться в том, что хищный зверек, вызванный с Ближнего Востока, действительно поселился в служебной квартире в ожидании начала своей разрушительно работы...
В этот момент они вошли в кафе...
Два человека, о корторых я думал.
От входа, не оглядываясь, они прошли в зал, провожаемые моим официантом.
Калиншевский и Лисенок !
Несмотря на ласковое прозвище, гость с Ближнего Востока оказался довольно высоким и не худым, как я его себе представлял по фотографии. Треугольная форма лица, лоб - пулей, выступающий подбородок и сведенные скулы были схвачены давшим ему кличку очень точно.
Киллер был в недорогом сером пиджаке, темных брюках и в свитере под горло. Калиншевский на этот раз был в однотонном двухбортном костюме и в галстуке. Когда они проходили, я видел сбоку его в профиль - резко очерченный с тонким хрящеватым носом. Пристальный воровской взгляд , не задерживаясь ни на ком, быстро обтекал сидевших...
Они сели в дальнем конце зала спиной ко мне. Это было мне на руку. Я видел, как официант подал им карту...
Воспользовавшись минутой, я вышел в вестибюль. Он был пуст. Одинокий швейцар топтался в гардеробе. Я взял одежду из гардероба, закурил. Постояв, направился ко входной двери. Швейцар, привыкший к причудам посетителей, ничего не сказал...
С крыльца мне была видна автостоянка и высокий, в куртке, с надвинутым на лоб капюшоном охранник, не на секунду не прерываясь, он зябко сучил ногами.
С пустыря тянуло дымящимся снегом.
Я хотел знать, на какой машине они приехали...
Внезапно я увидел "вольво". Сразу узнал знакомые номера. Это была машина, которая по данным ГИБДД - ГАИ принадлежала "Лузитании", из которой за мной недавно наблюдали...
Я вернулся в вестибюль.
- Че? Холодно? - равнодушно окликнул швейцар.
- К ночи забирает...
Я прошел в туалет. Внутри никого не было. Я набрал телефон Вагина:
- Привет, Паша. Узнал?
Пашка ответил скучно:
- А чего сложного? Ты с Рембо у меня в кабинете под стеклом всю дорогу...Чего хотел?
- Есть дело... - Я выглянул за дверь. В вестибюле никого не было. Слушай, Паша, внимательно. Ты себе сильно облегчишь дальнейшую жизнь, если сейчас подъедешь в армянском кафе и проверишь документы у двух людей...
Он посерьезнел.
- Не могу. У меня через пять минут совещание... - Потому, как он это произнес, я физически ощутил, как ему не хочется ехать неизвестно зачем.
- Смотри. Я редко тебе звоню...
Он помолчал.
- Ладно. - Я почувствовал, как он с трудом превозмогает себя. Говори. Как их узнать?
- Пиши... - Я продиктовал приметы. - Не откладывай, они могут слинять. Машина "вольво" номера... Значится за фирмой, зарегистрированной по утерянному паспорту... Я буду тебя ждать у того дома. Где в прошлый раз...
Возвращаться в зал я не стал, от дверей поманил официанта...
- Не понравилось? - удивился он.
- Надо ехать. Вспомнил, увез вторые ключи. А жене уезжать... Еще увидимся.
- Надеюсь... - Он был озадачен. - Жаль, конечно.
Я вернулся на трассу.
Пустой троллейбус - промерзший, без единого пассажира - скользнул навстречу.
Водитель - немолодой, в пиджаке, с рассстегнутой на груди рубахой повел головой в мою сторону. На секунду из пустого салона донесся знакомый москвичам баритон:
" ... Парк.... Приглашает на работу..."
Казенный этот текст народ знал уже наизусть.
".... Высокую зарплату гарантируем..."
Конкретные суммы никогда не назывались. Какую зарплату они определяли как высокую, оставалось всегда неизвестным. Такую, как у своего начальства или на порядок ниже?! И что означает кичливое "гарантируем"? "Обижены не будете?!"
Я плавно отвернул к элитному дому - дорога тут была пуста.
Тревожная круговерть над кабиной сигнализировала мне о прибытии криминальной милиции Округа. Ментовской "газик" притормозил у самого торца. Сам подполковник Вагин не вышел из машины - ждал.
Когда я подошел, спросил угрюмо:
- Ну что вы там с Рембо нафантазировали? - У него не осталось сил возмутиться. - Люди зашли перекусить, москвичи...
- Они - москвичи? Ты записал их, Паша? - спросил я.
- Записал. Солидные люди... На виду у всех их заставили предъявить документы. Хорошо, что обошлось. Нормальные мужики. Думаю, не будут жаловаться...
- Паспорта тоже видел?
- Видел. У одного... - Вагин достал блокнот. - "Калин Николай Михайлович", советник Фонда Изучения Проблем Региональной Миграции. Второй тоже птица высокого полета - помощник депутата Госдумы... - Вагин убрал записи. - Теперь откровенно скажи, зачем они вам? А то - "сильно себе облегчишь в дальнейшем жизнь, если подъедешь..." Кто они?!
- Киллеры, Паша! Заодно отмывка грязных денег, обналичивание... Международная мафия... А сейчас у них заказ в твоем Округе. Немного еще - и вы побегали бы...
Вагин взглянул на часы.
- Может вернуться- копнуть глубже?!
- Вернись. Только я уверен: их уже нет в кафе...
Читаю свой детектив
- Ужинать будешь? - жена оторвалась от экрана.
Очередной телесериал прервала реклама.
Некий матрос на палубе рассматривал брошенные ему с берега маленькие девичьи трусики. А их владелица удалялась с пирса, улыбаясь, довольная собой. Это была реклама прокладок...
- Нет, пожалуй. Подожду тебя.
- Но у меня сразу начнется другой сериал. По первому каналу.
- Ничего. Я не голоден. Ничего не делал, а устал, как собака...
- Это бывает, - успокоила жена.
Я пошел к себе. Еще по дороге я решил, что мне следует сделать. На рукописи, которую я привез из издательства "Тамплиеры" карандашом бы записан телефон с пометкой "автоответчик". Я набрал номер. Один за другим потекли долгие гудки. Я настроился на магнитную запись автоответчика, но вдруг услышал живой женский голос:
- Слушаю... - Я узнал голос девушки.
И вслед дыхание.
От неожиданности я затянул паузу.
- Алло... - ободрила она.
Но я был уже готов к разговору:
- Здравствуйте. Я хотел сказать: вы забыли в квартире свою книгу... Мэри Бебстер "Очередь на убийство"...
- Да... - Она растерялась больше моего.
- Книга находится у меня... Я перешлю ее вам. Вместе с газетой. Вы знаете...
Снова затянувшееся молчание. И ответ:
- Спасибо. Книгу оставьте. На память...
На том конце провода положили трубку.
Еще я позвонил свояку:
- Привет. Чего делаешь?
- Да ничего такого. Телевизор... С утра на лыжонках собрались.
- Просьба к тебе. Мне нужна видеокассета. Подвези завтра по дороге. Сможешь?..
Я не стал доставать очередной детектив. Подсел к письменному столу.
Нижний ящик стола был приоткрыт. Набитый бумагами, папками он давно уже открывался с трудом. Я вытащил папку, лежавшую в самом низу, освободил от тесемок...
Первой мне попала на глаза собственная трудовая книжка. Я полистал ее. Моя работа в уголовном розыске исчерпывалась двумя короткими записями, между которыми уместились все перемещения по службе, взлеты и падения, задержания, засады, стрельба, аресты, выговоры и поощрения...