Они доплыли до причала, где у дерева скучал давешний торговец. Дженевив не смела поднять взгляд. Ей казалось, что каждый прохожий догадывается о том, чем она занималась полчаса назад. Внутри бушевали противоречивые эмоции: стыд и блаженство.
День был полон сюрпризов.
Дженевив не знала, что женщина способна испытывать от мужских ласк такое наслаждение. Это было удивительное открытие для девушки, знавшей жизнь только по книгам. А ведь она едва не лишилась чувств! Даже теперь, в трясущемся экипаже, стоило вспомнить острую сладость, как между ног все снова начинало пульсировать. Ей вновь хотелось ощутить прикосновение мужских рук, однако подобная шалость могла завести довольно далеко.
Уставший Джордж, укрытый теплым пледом, спал позади них на скамье для багажа. Опускавшийся вечер становился все прохладнее, поэтому ноги Дженевив также были укрыты пледом. Опустив голову, она изучала рисунок на ткани. Смотреть на Кристофера избегала. Он и так сидел слишком близко, и от его тела ей передавался волнующий жар. А быть может, она и сама пылала от безумных эмоций, тлевших внутри.
Внезапно Ричард ослабил поводья, позволяя лошадям перейти на неторопливую рысь. Впереди простиралась пустынная дорога через поля. Он стянул с одной руки перчатку и осторожно сдвинул плед с колена девушки.
Сердце Дженевив замерло, но она не издала ни звука. Что он собирается делать?
Рука скользнула ниже, пальцы стали перебирать ткань платья, задирая подол.
Девушка отодвинулась, с ужасом глядя на Ричарда, и замотала головой. Джордж мог в любую минуту проснуться и стать свидетелем непристойностей.
Ладонь чуть сжала ее бедро и взялась за поводья.
Ричард смотрел вперед, на лошадей, однако губы его дрогнули в улыбке.
Такой короткий контакт, но все снова изменилось. Странная корочка тонкого льда между ними стремительно таяла. Дженевив тихо вздохнула. Она еще не знала, как будет жить дальше, получив новые знания. Ей следовало о многом поразмыслить…
Экипаж остановился у дома миссис Гарсон уже в сумерках.
Ричард соскочил с подножки, неся спящего мальчика на руках. Парнишка даже не шевельнулся, рука его безвольно болталась, как маятник.
– Бедняга умаялся, чистя лошадей, – шепнул Ричард выбежавшей миссис Гарсон.
Женщина всплеснула руками.
– Господь с ним, мистер Эванс! – воскликнула она. – Я так рада, что вы вернулись. У нас тут такое было!
Джордж приоткрыл глаза и удивленно завертел головой. Ричард помог ему встать на ноги.
– Что случилось, миссис Гарсон? – спросил он. Неприятный холодок дурного предчувствия пробежал по спине. День был слишком хорош, чтобы закончиться безоблачно.
Женщина принялась торопливо и путано рассказывать, что в дом викария ворвались неизвестные. Услышав это, Дженевив соскочила с подножки экипажа и торопливо подбежала к миссис Гарсон.
– Мой отец! Он невредим?
Миссис Гарсон даже не прервала своего взволнованного рассказа.
– Заперли в библиотеке, бедный викарий! Связали веревками! Ужас и кошмар!
– Господь милосердный, – прошептала Дженевив слабым голосом.
Спустя несколько секунд экипаж уже на полной скорости несся по улице. Копыта лошадей поднимали пыль. Дженевив нервно ломала руки на сиденье. Когда фаэтон подкатил к дому на окраине, Уильямс выскочил из конюшни и подхватил брошенные Ричардом поводья. Девушка бросилась в дом, подобрав юбки.
– Вы уже слышали, мистер Эванс? – спросил Уильямс.
– Говори подробнее. Что произошло? – велел Ричард конюху.
– Я отправился в кузницу по распоряжению викария, мы заказывали новые подковы. Доркас ушла за продуктами. Должно быть, эти негодяи выжидали этого момента, потому что сразу же вломились в дом, заперли миссис Уоррен и викария в библиотеке и принялись шарить по комнатам.
Проклятие! Ричард позаботился о безопасности Дженевив, но упустил из виду ее домочадцев.
– Мистер Барретт и миссис Уоррен не пострадали?
– Викарий потрясен случившимся, ему даже стало дурно. Его связали, он долго лежал в неудобной позе.
– Вы видели грабителей?
– Нет. Они скрылись раньше, чем я вернулся домой. Забрав подковы, я еще навестил сестру, пришел только полчаса назад. Не застав хозяев в гостиной, я обнаружил их запертыми. Викария здорово потряхивает, милорд.
– Бедняга, – покачал головой Ричард.
Уильямс проводил его в дом. Ричард похлопал конюха по плечу и поблагодарил за помощь, затем направился в гостиную.