— Ты о чем? — Теон мягко отодвинул меня от дверей, намереваясь войти первым.
— Да так. С ассистентом ругаюсь. Погоди, сначала разведка же! — я отпихнула его от дверей.
Впрочем, разведка задерживалась — аватар Славы неподвижно завис рядом, пока другая я встречала дорогого гостя.
— Привет, Яра, — заговорил аватар мужским голосом.
— Привет, просто Дмитрий, — фыркнула я.
Да, накануне его советы нам пригодились, но меня возмущал сам факт, что Слава пытается с кем-то шашни крутить. А я этого Дмитрия и в глаза-то не видела. И даже по голосу не понять ничего — камера говорит одинаково механически, разве что разным тембром.
Это… напрягало, следовало признать. Наверное, поэтому я оставалась несколько предвзятой к Дмитрию.
— Как тут у вас дела? — бодро поинтересовался он, проигнорировав насмешку.
— А что, Слава не успела рассказать? Весь день мобов били, а потом пушку собирали.
— Молодцы, — похвалил он.
— Вперед, на разведку, — мрачно хмыкнула я, открывая двери.
Камера хихикнула голосом Славы и нырнула в щель. Сквозь дверное стекло было видно, как она приближается к гигантскому принтеру, облетает его, исчезает за ним — и возвращается вдоль стены.
— Ну, что там? — я не то, чтобы нетерпелива, но мне хочется потянуть время.
Хотя вряд ли рассказ Славы затянется.
— За принтером — человек. Стоит, прислонившись к нему, вроде как дремлет. Возле него — кнопка включения принтера, — отрапортовала она. — Позади них — двери на лестницу. Мобов нет.
— Пытаться пройти мимо бессмысленно, да? — предположила я.
— Скорее всего, те двери не откроются, пока босс жив, — согласилась она.
— Ладно. Приготовились.
Я открыла двери пошире, но меня снова оттеснил Теон:
— Давай я. А ты меня здесь подожди.
— Вместе пойдем.
Все равно объяснить парню, почему ему можно остаться в коридоре, а мне непременно нужно зайти в опен-спейс, я бы не смогла. Поэтому я и пытаться не стала, решив, что проще зайти вдвоем.
Стоило переступить порог, как принтер включился, завибрировал и вдруг выплюнул в нашу сторону целую вереницу бумажных листов.
Увернулась я от них чисто инстинктивно, но Теон рядом охнул.
— Отходите! — крикнула Слава.
И я, потянув парня за собой, ломанулась обратно.
А принтер все продолжал сыпать бумагой.
— Острая, — зашипел Теон, зажимая длинный порез на руке.
Слава сунула мне аптечку:
— Включайте пушку, и пусть обработает. А потом жгите бумагу.
Последнюю фразу произнес уже Дмитрий.
Я передала аптечку Теону, и вместе мы нырнули за наш щит, откуда активировали пушку.
Коридор наполнил низкий гул, едва улавливаемый ушами, но ощущаемый будто всем телом. Во рту появился металлический привкус, и я сжалась в нашем убежище, надеясь, что нас не поджарит вместе с принтером.
А вот Теон словно бы и внимания не обратил на работу пушки, сосредоточенный на порезе. Неожиданно глубоком, но на удивление быстро вылеченном средством из аптечки.
— Жгите! — поторопила Слава, едва работа пушки прекратилась.
Я подхватила бутылку с ацетоном и лежавшую рядом зажигалку — их у нас таких образовалось четыре комплекта — и двинулась, было к двери, но Теон меня перехватил:
— Лучше я. Сиди здесь.
Возражать я и не подумала. Мне было страшно, несмотря на всю мою решимость.
Я следила из своего убежища, как Теон идет к двери, открывает ее, швыряет бутылку и следом — подожженную зажигалку. А затем захлопывает дверь и мчит к нашему убежищу.
Звон разбившейся бутылки слился с гулом пламени, вспыхнувшем в опен-спейсе.
Двери каким-то чудом — спасибо игровой физике, не иначе — выдержали первую волну пламени.
— Четверть хп сняли! — радостно сообщила Слава.
Мы с Теоном, не сговариваясь, выглянули из своего убежища. К моему удивлению, никакого огненного ада за стеклом не было. И принтер стоял целехонький, только следы копоти и выдавали, что там бушевало пламя. Копоть — и пепел, в который превратились атаковавшие нас бумажные листы.
А вот остальная мебель вообще не пострадала.
Игровая условность, видимо.
— Может, используете щит? — предложил Дмитрий. — Чтобы от бумаги защититься.
Я тут же вспомнила об удобном столике из комнаты отдыха и кивнула:
— Хорошая мысль.
В первый раз нам повезло, что пострадала только рука Теона. А ведь бумага может чиркнуть по шее, и тогда наши шансы на выживание сильно упадут.
Лишняя защита лишней не будет.
Торопливо мы сбегали за импровизированным щитом, под прикрытием которого и зашли в опен-спейс во второй раз. Принтер снова атаковал нас листами бумаги, которые вылетали из его объемного нутра. И по столешнице, которой мы прикрывались, било будь здоров — бумага буквально врезалась в дерево, словно проапгрейженная бритвенными лезвиями.