Она и сама все прекрасно понимала: и про яркое, и про все оттенки красного. Но не решалась. Не решалась выделиться из толпы, привлечь к себе внимание.
Приглушенные цвета – вот способ слиться с ландшафтом, остаться незамеченной. Не нужны ей любопытные взгляды.
А брюки? Брюки – это просто удобно и практично.
Были еще мешковатые свитера, объекты постоянной Инкиной критики. Сима терпеливо выслушивала аргументы подруги, согласно кивала головой, но продолжала ходить в невзрачном, нейтральном, никаком…
А когда в ее жизни появился Илья, она вдруг решилась и сшила это платье.
– Иди сюда, – Илья потянул ее к дивану.
К черту надувной матрас, с его функциональностью и упругостью! У него нет времени возиться с матрасом.
Диван протестующее скрипнул, когда на него рухнули два тела. Он скрипел и постанывал. Он не привык к такому непочтительному отношению, но терпел и держался из последних сил. Только под самый конец, когда все его ресурсы были исчерпаны, диван возмущенно затрещал и развалился.
Илья скатился на пол, сверху упала Сима, а потом на них рухнула диванная спинка.
– Ты жива? – Илья помог Симе выбраться из-под руин.
– Кажется, жива, – она нежно погладила вытертую гобеленовую обивку. – Бедный ты мой, бедный. Доконали мы тебя.
– Ничего он не бедный, – ревниво сказал Илья. – Он подлый, сломался в самый ответственный момент. Я, можно сказать, получил душевную травму из-за его безобразного поступка и чуть не получил физическую.
Сима расхохоталась.
– А ты, оказывается, садистка! – Илья возмущенно дернул ее за «высокотехнологичную» косу и подмял под себя. – Не вижу ничего смешного в бесчинствах твоего четвероногого друга!
– Это еще большой вопрос, кто бесчинствовал, – проговорила Сима, задыхаясь от смеха.
Послышался возмущенный стук в стену.
– Соседка, – испуганно пискнула Сима и затаилась.
Илья легкомысленно фыркнул и полез к ней целоваться. Они целовались долго, с удовольствием. Наконец Сима взмолилась:
– Ильюша, нам нужно что-то делать.
– В смысле? – спросил он рассеянно. Ему было не до того, он был увлечен исследованием ложбинки на ее шее.
– С диваном… – Сима уперлась руками ему в грудь.
– А что с диваном? Он благополучно скончался. Царствие ему небесное.
– Его нужно вынести.
– Завтра.
Сима живо представила, как завтра, на глазах у заинтригованной публики, она будет выносить поломанный диван, и застонала.
Леокадия Станиславовна, а это она стучала в стену, непременно расскажет всем желающим про ночной дебош в квартире «этой вертихвостки» и, конечно же, в красках опишет, при каких пикантных обстоятельствах сломался диван.
– Ты что? Тебе больно? – Над Симой зависло встревоженное лицо Ильи.
– Диван нужно вынести сегодня. Ну, пожалуйста! – Она посмотрела на него умоляюще. – Завтра меня соседи со свету сживут!
– И как ты предлагаешь его выносить?
– По частям. Ты же грузчик. А я тебе помогу.
– Да, ты помощница еще та! – Илья смерил ее снисходительным взглядом. – Ладно, не расстраивайся, сейчас что-нибудь придумаем.
Они лежали на функциональном немецком матрасе. Сима, кажется, уже спала. Вымоталась.
Еще бы! Ведь полночи они занимались расчленением дивана. Благо он был рассохшийся и совсем хлипкий. А потом, как настоящие преступники, под покровом темноты выносили его бренные останки на помойку.
А потом Сима затеяла мытье полов в гостиной. Видите ли, слишком грязно и пыльно.
А потом он потребовал, чтобы она приняла с ним душ, в качестве компенсации морального вреда.
А потом они целовались и не заметили, как наступил рассвет.
Сима вырубилась почти сразу, а Илья, несмотря на усталость, никак не мог уснуть. Он лежал, закинув руки за голову, и думал, что сегодняшнее приключение с диваном будет, пожалуй, поинтереснее, чем любой клубный экстрим. Рассказать кому – не поверят.
Сима беспокойно заворочалась и скатилась на край матраса. Илья вернул ее на исходную.
Нет, он просто не в состоянии сейчас расстаться с этим желтоглазым чудом, которое до смерти боится косых взглядов соседей и при этом запросто занимается любовью с бомжем.
Остается вариант номер три – оставить все как есть.
– Сима, – он нежно погладил ее по щеке, – ты хочешь в жаркие страны?
– Хочу, – пробормотала она, не открывая глаз. – На Кубу.
– На Кубу? – удивился Илья. – Странный выбор. Хочешь на остров Свободы?
– Угу, – промурлыкала Сима, уткнувшись носом ему в шею.
– Хорошо, хочешь остров – будет тебе остров.
Илья крепко задумался. Что бы это такое правдоподобное соврать, чтобы она поверила, что у него вдруг появились деньги, много денег? Тогда можно было бы не хитрить, переливая коллекционное вино в простую бутылку и спарывая опознавательные знаки с фирменных штатовских джинсов в надежде, что неискушенная Сима примет их за довольно качественную турецкую подделку. И можно было бы водить ее в дорогие рестораны, покупать украшения и одежду «от кутюр». И можно было бы заказать для нее эксклюзивные духи. Не те, супермодные и претенциозные, что стоят на полочке в ванной, а особенные, подходящие к ее экзотической внешности, с запахом морского бриза, раскаленного песка и ванили.