— Не так! — твёрдо произнесла Василиса, сделав шаг вперед и невольно заслоняя стушевавшегося историка. — Я, например, уверена, что у наших ровесников в начале ХХ века не было такой зацикленности на сексе, как у главных героев этого фильма. Скажу больше — похабщина убивает романтику, и тут даже ретушь не поможет. По-хорошему, её вообще надо убрать с глаз долой, чтобы народ не смеялся.
— А что еще надо убрать с глаз долой? — улыбнулся продюсер, хотя взгляд его говорил о полном отсутствии хорошего настрояния.
— Босс! — раздался голос из-за спины девушки. Чьи-то сильные руки приподняли и бесцеремонно отодвинули её в сторону. — Разрешите, я возьму шефство над нашей очаровательной дублёршей, разъясню порядок и некоторые принципы кинопроизводства.
С последними словами всю панораму Василисе заслонила идеальная фигура в морском кителе.
— Мерзкий! Скотина! — прошипела Стрешнева ему в спину…
— Дублёрша? — удивился продюсер, — та самая, при выступлении которой прямо на презентации завис наш искусственный интеллект? А я был уверен, что разговариваю с Алей Коротич…
— Согласен, удивительное сходство, — кивнул Дэн, — но это всего лишь привлеченный каскадёр, как по форме, так и по содержанию… Так я её забираю?
— Да-да, конечно, — обрадовался продюсер предложению Дэна, — очень рассчитываю на твою помощь. Она нужна нашей очаровательной и такой дерзкой дублёрше, настолько потерявшейся на сцене, что её не хватило даже на простейший ритуал. Надеюсь, что во время съёмок подобных конфузов не случится…
Василиса не успела возразить, как была выдернута из толпы, окружающей продюсера, прижата спиной к стене, а слева и справа от её головы в облицовку упёрлись руки Мирского.
— Послушай, крошка, — голос актёра был полной противоположностью тому елею, который он источал во время разговора с продюсером, — ты со своим перфекционизмом влезла в чужой монастырь, правила которого не знаешь и пытаешься влиять на процессы, смысла которых не понимаешь.
— Это какой процесс я не понимаю? — зашипела Василиса, как рассерженная кошка, — нон-стоп перепихон на фоне красивого артобстрела? Да если бы шестидюймовый снаряд реально шарахнул у тебя за спиной так, как написано в сценарии, тебе бы было не до секса. После второго разрыва ты бы голыми руками скальный грунт копал, а не под юбку лез…
— А после первого?
— Обосрался бы…
— Ну вот что, военспец, — Дэн зашипел в унисон Василисе, — давай договоримся: я с тобой не буду спорить по поводу влияния артобстрелов на мужскую потенцию, а ты просто поверишь, что если из-за твоих инновационных предложений и претензий сумасшедшего профессора съемки будут сорваны или хотя бы отложены, вас на куски порвёт три четверти съемочной группы. Некоторым не до соблюдения исторической правды любой ценой, им просто кушать хочется, у них есть свои обязательства и проблемы, а запуск проекта — один из немногих способов их решить.
Говоря это, Дэн блокировал любые попытки Василисы вырваться и ждал, когда продюсер с сопровождающими лицами покинет площадку. Он настолько сосредоточился на выполнении своей миссии, что вопрос, произнесенный ехидным голосом, застал его врасплох:
— У тебя серьёзные финансовые проблемы?
— А что, непохоже?
— С твоими-то гонорарами? С говноступами стоимостью в месячную зарплату инженера? Не смеши мои кеды, Мирский!
— Если бы ты, Васька, была больше наблюдательной, чем желчной, — криво ухмыльнулся Дэн.
— Хочешь поучить меня наблюдательности?
— Почему бы и нет. Только давай отойдём, а то на нас уже косо смотрят.
— О да! Репортеры жаждут сенсации — с кем это звезда кино закручивает очередную интрижку…
Мирский закатил глаза, и желваки заиграли на скулах. Василиса была невыносима, но именно это его заводило и заставляло продолжать общение, обжигающее, как кайенский перец.
— Предлагаю чашку капучино и 15 минут перемирия.
Василиса, дёргаясь в его руках минуту назад, как под током, неожиданно вздохнула и кивнула.
«Вот и слава Богу, — подумал Дэн, — дело сделано. От босса эту сумасшедшую оттащил. Надеюсь, он заметит и оценит.»
— Пойдём, сестра милосердия, я ставлю…