— Здравия желаю, ваше благородие! — тихо промолвила Вася, присаживаясь на корточки рядом с Мирским, и, тронув его за плечо, произнесла более настойчиво, — проснитесь, граф, вас зовут из подземелья…
Глава 19
Схватка
Дэн не подозревал, насколько сильно можно испугаться. Нечто подобное испытал в детстве. Смутно помнил, как его, совсем еще мальчика, родители взяли с собой в Японию, где их семья пережила первое в своей жизни землетрясение. Дэн тогда ещё не понимал, что происходит, зато видел, как обомлела мама, навек запомнил ее огромные глаза и руки, прижавшие маленького Даниила к груди. Тогда он, будучи малышом, почувствовал, как бешено колотится мамино сердце и испугался по-настоящему, до истерики и мокрых штанов. Видимо темнота и замкнутое пространство оказались спусковым крючком для панической атаки, накрывшей Дэна в нынешних, невыразимо странных обстоятельствах.
«Выбираться! Срочно выбираться на улицу! Ни в коем случае не оставаться в здании,» — металась в голове истеричная мысль, когда он, не поднявшись на ноги, на четвереньках полз, куда глаза глядят, пока не скатился по лестнице в какой-то подвал и не оказался по пояс в воде. «Господи! Да нас еще и затапливает!» — подумал Дэн.
Дальше он не контролировал скорость и направление движения. Очухался, когда выбрался на сухую площадку, скорее всего подготовленную для съемки сцен внутри корабля — короткий коридор, слева и справа — массивные кованые двери, одна из которых полуоткрыта…
Мирский осторожно оглядел небольшую каюту с обстановкой дореволюционной исторической эпохи и увидел человека в морском мундире, стоящего на коленях перед внушительным сейфом и ковыряющего замок. Механизм не поддавался, человек что-то раздраженно бубнил, а над его головой, в иллюминаторе, до горизонта простирались беспокойные морские волны.
«Голография… Лазерная трёхмерка…» — подумал артист.
Не успев удивиться талассократическому пейзажу и реалистичности увиденного, он уловил движение мужика. Тот больше не копался с замком, а смотрел ему в глаза, и в его правой руке чернел револьвер, направленный Мирскому прямо в лоб.
— Эй, чувак, ты чего? — искренне изумился Дэн.
В этот миг пол опять ощутимо качнуло, и Мирский свалился, не удержавшись на ногах и потянув за собой дверь.
Пистолет оглушительно рявкнул. Противно взвизгнула пуля.
«Да он, сволочь, — не бутафорский! — взорвался мозг артиста, — какого хрена тут такое творится?»
Лежа на спине, Дэн беспомощно наблюдал, как медленно из проёма показывается вороненое дуло револьвера, а затем холеная рука с массивным перстнем на безымянном пальце. Это украшение особо бросилось в глаза. Мирский носил очень похожую печатку с рисунком и буквой «D», заказанную по случаю получения первого гонорара.
Из-за странной качки ствол револьвера дернулся. Его хозяин чертыхнулся, потеряв равновесие и опёрся рукояткой о проём. Дэн понял, что это, может быть, его единственный шанс.
Артист снизу вверх ударил ногой по кисти стрелка, державшей рукоятку оружия. Револьвер кувыркнулся в воздухе и грохнулся на пол, где-то возле сейфа.
— Шайсе! — прошипел незнакомец, скривившись от боли и прижав руку к животу.
Дверь, которую падая дернул на себя Мирский, качнулась обратно, и Дэн, лежа на спине, с удовольствием лягнул ее обеими ногами. Со смачным глухим стуком железная массивная конструкция ударила оппонента. Послышался стон и звук падающего тела.
Вскочив на ноги, Мирский распахнул створку и осторожно заглянул внутрь, пытаясь лучше рассмотреть несостоявшегося убийцу. Несмотря на зубодробительный удар железякой, тот смог подняться на колени, но далее двигаться не пытался, пребывая в нокдауне.