В конце июня 1916 года из Новороссийска в Севастополь совершал переход Российский конвой в составе транспортов № 106, №24, № 55. Его охранение возлагалось на эсминцы «Капитан-лейтенант Баранов», «Лейтенант Шестаков» и канонерские лодки «Донец» и «Кубанец». Общее командование операцией принял на себя начальник 3-го дивизиона миноносцев капитан 1 ранга А. М. Клыков. Столь мощное сопровождение было назначено в связи с активизацией подводных лодок противника на русских коммуникациях, а также из-за особо ценного груза, размещенного на одном из транспортов в сопровождении не менее важных сопровождающих лиц.
Ещё раньше, 26 июня в условиях повышенной секретности Босфор и Дарданелы прошла подводная лодка U-38 под командованием знаменитого подводного аса Макса Валентинера (*) из флотилии U-Boote der Mittelmeerdivision in Konstantinopel. Согласно полученному приказу, лодке надлежало действовать против русских кораблей и транспортов в восточной части Черного моря. На руках у капитана находилась карта с точным указанием маршрута следования каравана, а также силуэт корабля, который следовало атаковать в первую очередь. Хмурый обер-лейтенант из III отдела генерального штаба армии Германской империи должен был лично удостовериться, что искомый транспорт поражён, и доставить соответствующую докладную записку в сумрачное ведомство немецкого разведчика №1 полковника имперского генштаба Вальтера Николаи.
30 июня, в точном соответствии с графиком, командир подлодки на траверсе Феодосии увидел конвой из четырех судов, шедших вдоль береговой линии. Три из них германский ас определил как большие пароходы вместимостью по 4000 тонн, среди которых находился искомый, бывший каботажник «Роклиф», а ныне — транспорт №55 русского военного флота… В 8–59 германская лодка выпустила торпеду по головному пароходу, и вскоре подводники зафиксировали попадание по звуку взрыва…
В спасении экипажа и пассажиров с потопленного транспорта принимали участие все корабли сопровождения. Всех, за исключением двух, без вести пропавших, удалось спасти. Сам корабль довели до мелководья, и капитан 1-го ранга Клыков надеялся, что с его подъемом никаких проблем не возникнет.
(*) Кристиан Август Макс Альман Валентинер — немецкий морской офицер, командир подводных лодок в Первой мировой войне.
Прибыл на Черное море 31 мая 1916-го уже известным, именитым подводником. Свою карьеру на новом театре военных действий начал с высадки горских агентов севернее Поти, после чего начал борьбу против каботажного судоходства в восточной части Черного моря.
Конвоировавший суда эсминец «Лейтенант Шестаков» обстрелял подлодку ныряющими снарядами и, после неудачной попытки её таранить, сбросил шесть глубинных бомб. Их взрывы нанесли субмарине незначительные повреждения, позволив ей дальше выполнять поставленные задачи. 8 июля Валентинер повторил «подвиг» Ганссера, потопив торпедой госпитальное судно «Вперед».
После войны и Ганссер, и Валентинер были внесены в списки военных преступников, но не за атаки русских судов под флагом Красного Креста, а за потопление без предупреждения ряда британских пароходов, которые сопровождались гибелью людей. Русские раненые ни британцами, ни немцами людьми не считались.
Глава 20
Севастополь — 1916
Зябко кутаясь в промасленную тужурку с плеча заботливого матроса, Вася стояла на палубе канонерской лодки «Кубанец», прижавшись к леерам, среди таких же, как она, переживших кораблекрушение, смотрела на нервно колышущуюся поверхность моря, испытывая всю гамму стрессовых человеческих эмоций — шок, оцепенение, неверие и отрицание произошедшего, страх, отчаяние, беспомощность и, вместе с тем облегчение и даже эйфорию… Видимо, это чувствуют все, кто только что был в шаге от смерти и сейчас ловит момент осознания…
Палуба канонерки напоминала вагон столичного метро в час пик. Народу набилось столько, что даже присесть было негде. Матросам, снующим по служебной надобности, приходилось каждый раз раздвигать частокол напряженных человеческих тел, который за ними сразу смыкался, превращаясь в единую однородную всхлипывающую массу, одновременно кашляющую, рыдающую и негодующую.
Обхватив руками тугой канат, натянутый вдоль фальшборта, Вася бездумно пялилась на морскую пену, вырывающуюся из-под носа кораблика, уговаривая себя не паниковать и не терять голову, а постараться мыслить рационально, не срываясь в отрицание очевидного, пусть и абсолютно невероятного: она с Дэном каким-то непостижимым образом очутилась в прошлом веке и находится на одном из военных кораблей Черноморского императорского флота. Это судно идет в дореволюционный Севастополь, и скоро надо будет принимать какое-то решение, отвечая на самый насущный, банальный вопрос: что делать?