— А как надо? — Северский затаил дыхание, выслушивая лекцию от девчонки.
— Через прокладку. Подойдет любое дерево, пробка, бумага, в конце концов, — она еще раз посмотрела на обломок в руке, перевела взгляд на поручика, — запасная проводка есть? Впрочем, в качестве скорой помощи подойдет любой гвоздь.
Через четверть часа реанимированный «Бенц» весело тарахтел по Екатерининской улице. Поручик сидел на пассажирском кресле и с удивлением глядел на эту необыкновенную девушку, мастерски починившую автомобиль и уверенно чувствующую себя за рулём. Естественно, что в его голове рождалось множество вопросов.
— Скажите, Василиса… — Северский, наконец, решился спросить, но не успел. Автомобиль резко вильнул к тротуару и затормозил. Через мгновение Вася вприпрыжку неслась к лавке по продаже газированной воды.
Георгий прекрасно знал это заведение. Набор сиропов в длинных стеклянных колбах с блестящими револьверными кронштейнами здесь был необыкновенно широк, вода и газ — лучшими, стаканы — самыми чистыми, ложечки с длинными витыми ручками — самыми красивыми в Севастополе. Продавец в белоснежной куртке работал элегантно, с шиком, быстро и весело. Над всем разнообразием стоял лёгкий, мелодичный звон стекла, раздавалось приятное шипение воды в моющих фонтанчиках. Яркое солнце, преломляясь сквозь струйки, рассыпалось сотнями бриллиантов и создавало ощущение вечного праздника, «который всегда с тобой».
Василиса взяла стакан, пригубила и блаженно закрыла глаза, словно пила амброзию, а поручик смотрел на белый шёлк, струящийся по ладной фигуре, и чувствовал, что безнадёжно влюбляется…
Глава 32
Летающие ножницы
— Скажите, Василиса, — решился продолжить разговор Северский, когда Стрешнева приговорила второй стакан газировки и с сомнением поглядывала на третий, — а что это было?
— Кажется, малина, — Вася заглянула в стакан, словно на дне был правильный ответ.
— Нет, я про ваши феноменальные физические способности. Вы ловко и бесстрашно воткнули носом в землю этого громилу! Как это называется?
Вася поставила посудинку на столик и сощурилась на яркое солнце.
— Ах вот вы о чём… На востоке эту школу называют «Вовинам»(*), а приём — «Летающие ножницы». При отсутствии в руках оружия, у меня был единственный шанс уцелеть в схватке с таким тяжелым противником, ибо атаку ногами этот олень не ожидал.
— Почему «олень»?
— Потому что баран, козёл и лох…
— Понятнее не стало.
— А что вам непонятно?
— Где и как долго вы учились этим трюкам?
— Это не трюки, Георгий, — надулась Василиса, — это оружие слабых и беззащитных.
Произнося это, она мягко взяла своими пальчиками кисть поручика, чуть повернула и надавила. У Северского, доверчиво проводившего взглядом движение девушки, вдруг потемнело в глазах и появилось непреодолимое желание опуститься на колени. К счастью, давление прекратилось, а вместе с ним, утихло намерение стремительно приземлиться. Поручик понял, что он в эти секунды перестал дышать.
— Едемте, Георгий Николаевич, — Василиса уже сидела за рулём, — в госпитале нас ждёт маленький мальчик, которого надо отвезти к маме.
— Да-да, конечно, — поручик уселся на пассажирское кресло, потирая запястье и поглядывая на очаровательную блондинку с некоторой опаской. — Как долго я должен трудиться, чтобы овладеть такими приёмами?
— Я тугая, как говорит мой тренер, — грустно улыбнулась Вася, выворачивая руль, — поэтому училась 15 лет по два-три часа в день. А вы — сильный и ловкий. Вполне возможно, у вас пойдет быстрее.
— А с чего вы взяли, что я сильный и ловкий?
— Видела, как вы юрко сиганули из машины мне на помощь.
«Значит она дралась с двумя громилами и еще успела заметить, что творится по сторонам! — пронеслась мысль в голове у поручика. — Это ж какую концентрацию внимания надо иметь!»
— Георгий Николаевич…
— Зовите меня просто Георгий, или Жорж — так ко мне обращаются друзья.
— Хорошо. Скажите, Георгий, а куда девались полицейские, которые прибежали на место происшествия? Я боялась, что мне предстоит с ними долгий, обстоятельный разговор.
— Зачем? Я сказал, что вы и ваша компаньонка — просто жертвы, а обоих бандитов нейтрализовал я сам, без постороннего участия. Они отдали честь и удалились. Не обидитесь, что я забрал у вас славу победителя марвихеров(**)?
— Наоборот, я вам очень благодарна. А вам ничего за это не будет?