Переводчик трудов Дарвина и других зарубежных учёных на русский язык, а также трудов Менделеева на французский. Автор трёхсот научных работ. Умер в 1903 м году при невыясненных обстоятельствах.
Николай Дмитриевич Пильчико в (1857—1908) — учёный-физик, изобретатель, являлся членом совета Тулузской академии наук, Русского физико-химического общества и других научных организаций России, Франции, Германии, Австрии.
Прекрасно играл на скрипке, писал стихи, рисовал картины
Известен исследованиями в области оптики, радиоактивности, рентгеновских лучей, электрохимии и радиотехники. Один из первых исследователей Курской магнитной аномалии. Первым в мире открыл и применил на практике явление электрофотографирования, назвав его фотогальванографией. Среди изобретений Пильчикова — сейсмограф и термостат, рефрактометр и дифференциальный ареометр. В 1898 году изобрёл способ управления разными механизмами и устройствами по радио.
Убит в 1908 году выстрелом из револьвера.
Оба учёные — абсолютно реальные люди. Их жизнь, изобретения и загадочная смерть не являются плодом фантазии автора… Единственная выдумка — М. М. Филиппов не был профессором, хотя имел немало учеников и последователей.
Глава 34
Граф
Дэна разбудили несносные вопли чаек за госпитальными окнами. Актёр недовольно поморщился, пожелал этим крикливым созданиям лютой погоды и только потом осознал, что слышит! Слух вернулся, хотя шум в ушах, напоминающий шипение ненастроенного радио, ещё беспокоил. Внешние звуки доносились, как из бочки, но уровень акустики оказался вполне достаточным для восприятия действительности. Это было здорово! Мирский за одни сутки оценил, насколько значимым дарованием является возможность внимать и как тяжко быть глухим тетерей.
Его по-прежнему тяготило полное непонимание, как правильно он должен реагировать на окружающих людей, на слова и жесты, на новый мир. Слава Богу, что пробуждение Мирского пришлось на раннее утро. Рассвет только что разогнал по углам южную ночь, и можно было полежать, подумать о насущном.
В воздухе витал особенный аромат — смесь карболки, эфирных масел и едва уловимого запаха живых цветов, заботливо принесённых медсёстрами. Хрупкие создания в белоснежных чепчиках, с красными крестами на груди, казались ангелами, спустившимися с небес, чтобы облегчить страдания раненых. Та из фей, что он увидел первой, очнувшись в госпитале, никак не выходила из памяти. Хороша, чертовка! Дэн всегда отдавал предпочтение блондинкам, а не знойным брюнеткам. Но эта…
— Пётр Иванович, не чинитесь. Может, наконец, расскажете, как вас угораздило в лазарет попасть?
Мирский сквозь дрёму услышал тихий разговор.
— Даже не думал, Збигнев Вацлавович, — ответил собеседник с характерным русским выговором согласных, — особо рассказывать нечего. Неприятная, но весьма обычная оказия в научном мире.
— Но позвольте, — усмехнулся вопрошавший, — вы же морской офицер по гальванической части. При чём тут наука?
Пётр Иванович вздохнул и повернулся на скрипучей кровати.
— Моряком я стал только на войне. До этого служил лаборантом, потом адъюнктом на экспериментальной гальванической станции в Одессе, — неторопливо, нехотя отвечал тот, кого назвали Петром Ивановичем. — Начальство попросило помочь срочно оборудовать помещение и принять под свою руку ожидаемое из Санкт-Петербурга лабораторное оборудование, как всегда, всё сиюсекундно и безотлагательно… Ну, а коль поспешишь, так всегда народ насмешишь… Вот и потешили… То ли проводку повредили, то ли контакты перепутали, — вздохнул гальванёр. — Короткое замыкание, наверно… Полыхнуло — аж свет в глазах померк. Очнулся здесь.
— Стало быть, не успели?
— А уже и не надо. Потонула та аппаратура вместе с транспортом…
В палату вошла медсестра с термометрами.
— Господа офицеры! Прошу быть дисциплинированными и ответственными. Обход через полчаса. До этого времени градусники должны быть использованы по назначению и лежать на видном месте, дабы у доктора была возможность ознакомиться с вашим состоянием.