— Дефлекции?
— Deflecto — по латыни — отклонять. Так назвал это явление Максим Максимович, — Налётов уставился в чашку с горячим напитком, будто созерцание чая способствовало процессу воспоминаний. — В тот день японский адмирал Того рассчитывал провести перекидную артиллерийскую бомбардировку флота, находящегося в гавани.
— Что значит «перекидную»? — подал голос доселе молчавший Петя.
— Гавань Порт-Артура, окружённая со всех сторон горами, была труднодоступна для обстрела прямой наводкой. К тому же, вход в неё сторожила береговая артиллерия, вот японцы и повадились подбираться с внешнего обвода гавани, посылая снаряды навесом через горный хребет Ляотешаня. Точность такой стрельбы — куда Бог пошлёт, но гавань большая, вокруг неё порт, города… Куда-нибудь да попадёт.
— Нравственные уроды, — пробормотала Вася и сжала кулаки, сразу вспомнив про обстрелы восставшего Донбасса бандеровскими карателями.
— Очень верная характеристика, — кивнул Налётов, — моральный кодекс японских самураев весьма специфичен… Во время первого такого обстрела Порт-Артур оказался абсолютно беззащитен. Шанс такой же ответной перекидной стрельбой поразить относительно небольшую, к тому же маневрирующую цель в открытом море, коей являлся японский боевой корабль, казался совершенно невыполнимой задачей. И вот тогда приехавшие с адмиралом Макаровым Пильчиков и Стрешнев предложили свои услуги.
— Вы видели, как работает установка Филиппова? — спросила Вася.
— В тот раз я видел только результат, ибо находился на борту нашего «Ретвизана». В мою задачу входило включить магнитное поле непосредственно перед залпом и после него сразу выключить, чем я и занимался… Всё время держать его включённым не было никакой возможности — динамо-машина не выдерживала нагрузки…
— Простите, Михаил Петрович. Продолжайте, пожалуйста.
— Ничего страшного. Как только японские броненосцы «Фуджи» и «Яшима» в очередной раз открыли огонь из-за Ляотешаня, на них обрушились ответные залпы с «Ретвизана» и «Победы». Наши броненосцы оказались невероятно точны. Буквально с первого залпа они накрыли «Фуджи» и могли добить, если бы японцы, почуяв неладное, не пустились наутёк…
— А что было неладного, кроме точности стрельбы? — спросил студент.
— Время между выстрелом и прилётом, — глаза инженера загорелись огнем первооткрывателя. — В пылу боя на это никто не обратил внимание, но я специально вёл дневник, где скрупулезно записывал все технические параметры. Так вот, снаряды наших броненосцев летели к цели в два раза быстрее, чем японские — к нам! Создавалось впечатление, будто стартовая скорость наших снарядов была не пятьсот семьдесят метров в секунду, а в два раза больше, что, конечно же, невозможно.
— А на самом деле? — Петя словно пытался подтолкнуть рассказ дяди к развязке.
— На самом деле наши корабли стреляли из прошлого в будущее. После залпа снаряды под воздействием дефлектора превращались в волновой импульс, и трансформировались обратно в материю в будущем. Японским снарядам требовалось тридцать секунд для физического подлёта к цели, а нашим — только пятнадцать, за счет экономии времени при перемещении из прошлого в будущее. Понимаете?
— Пока не очень, — пожаловалась Вася.
По поведению Налётова было видно, сколь мучительным было для него долгое молчание и с каким удовольствием он рассказывал сейчас об этом открытии, способном перевернуть все постулаты материального мира.
— События прошлого влияют на будущее, так?
— Безусловно.
— Так вот, причинно-следственные связи гораздо материальнее, чем нам кажется. В данном конкретном случае — если корабль попал под обстрел не только через физическое препятствие в виде горы, но и через временные границы, то совершенно неважно, где цель будет находиться в будущем! Снаряд всё равно его настигнет. Поэтому 22 марта 1904 года случилось не просто подтверждение экспериментов Филиппова о переносе энергии взрыва на расстояние, но и о возможности переноса практически любой энергии через временной континуум.
— А так как в квантовой физике энергия одновременно является и частицей, и волной… — начала Стрешнева.
— Правильно! — поддержал Михаил Петрович, — получается, что через время можно перебрасывать не только энергию, но и материю. Когда мы это поняли — не спали целую ночь, и профессор Пильчиков с вашим отцом, Василиса Георгиевна, начали готовиться к следующим натуральным испытаниям…