Ты помнишь ли те дни, когда рука с рукой,Пылая жаждой сладострастья,Мы жизни вверились и общею тропойПомчались за мечтою счастья?
«Что в славе? Что в молве? На время жизнь дана!» – За полной чашей мы твердилиИ весело в струях блестящего винаЗабвенье сладостное пили.
И вот сгустилась ночь – и всё в глубоком сне,Лишь дышит влажная прохлада;На стогнах тишина! Сияют при лунеДворцы и башни Петрограда.
К знакомцу доброму стучится Купидон – Пусть дремлет труженик усталый!«Проснися, юноша, отвергни, – шепчет он, —Покой бесчувственный и вялый.
Взгляни! Ты видишь ли: покинув ложе сна,Перед окном, полуодета,Томленья страстного в душе своей полна,Счастливца ждёт моя Лилета?»
Толпа безумная! Напрасно ропщешь ты!Блажен, кто лёгкою рукоюВесной умел срывать весенние цветыИ в мире жил с самим собою;
Кто без уныния глубоко жизнь постигИ, равнодушием богатый,За царство не отдаст покоя сладкий мигИ наслажденья миг крылатый!
Давно румяный Феб прогнал ночную тень,Давно проснулися заботы,А баловня забав ещё покоит леньНа ложе неги и дремоты.
И Лила спит ещё; любовию горятМладые свежие ланиты,И, мнится, поцелуй сквозь тонкий сон манятЕё уста полуоткрыты.
И где ж брега Невы? Где наш весёлый стук?Забыт друзьями друг заочный,Исчезли радости, как в вихре слабый звук,Как блеск зарницы полуночной!
И я, певец утех, пою утрату их,И вкруг меня скалы суровы,И воды чуждые шумят у ног моих,И на ногах моих оковы.
10-15 января 1820, {1826}
19. К КЮХЕЛЬБЕКЕРУ
Прости, поэт! Судьбина вновьМне посох странника вручила,Но к музам чистая любовьУж нас навек соединила!
Прости! Бог весть когда опять,Желанный друг в гостях у друга,Я счастье буду воспеватьИ негу праздного досуга!
О милый мой! Всё в дар тебе – И грусть, и сладость упованья!Молись невидимой судьбе:Она приближит час свиданья.
И я, с пустынных финских гор,В отчизне бранного Одена,К ней возведу молящий взор,Упав смиренно на колена.
Строга ль богиня будет к нам,Пошлёт ли весть соединенья?Пускай пред ней сольются тамДрузей согласные моленья!
18 января 1820
20. ПОДРАЖАНИЕ ЛАФАРУ
Свободу дав тоске моей,Уединённый, я недавноО наслажденьях прежних днейЖалел и плакал своенравно.«Всё обмануло, – думал я, —Чем сердце пламенное жило,Что восхищало, что томило,Что было цветом бытия!Наставлен истиной угрюмой,Отныне с праздною душойЖивых восторгов лёгкий ройЯ заменю холодной думойИ сердца мёртвой тишиной!»Тогда с улыбкою коварнойПредстал внезапно Купидон.«О чём вздыхаешь, – молвил он, —О чём грустишь, неблагодарный?Забудь печальные мечты:Я вечно юн и я с тобою!Воскреснуть сердцем можешь ты;Не веришь мне? Взгляни на Хлою!»
15 марта 1820
21. ВЕСНА
(Элегия)
Мечты волшебные, вы скрылись от очей!Сбылися времени угрозы!Хладеет в сердце жизнь, и юности моейПоблекли утренние розы!
Благоуханный май воскреснул на лугах,И пробудилась Филомела,И Флора милая на радужных крылахК нам обновленная слетела.
Вотще! Не для меня долины и лесаОдушевились красотоюИ светлой радостью сияют небеса!Я вяну, – вянет всё со мною!
О, где вы, призраки невозвратимых лет,Богатство жизни – вера в счастье?Где ты, младого дня пленительный рассвет?Где ты, живое сладострастье?
В дыхании весны всё жизнь младую пьётИ негу тайного желанья!Всё дышит радостью и, мнится, с кем-то ждётОбетованного свиданья!
Лишь я как будто чужд природе и весне:Часы крылатые мелькают;Но радости принесть они не могут мнеИ, мнится, мимо пролетают.
1-20 марта 1820
22. ФИНЛЯНДИЯ
В свои расселины вы приняли певца,Граниты финские, граниты вековые,Земли ледяного венцаБогатыри сторожевые.Он с лирой между вас. Поклон его, поклонГромадам, миру современным;Подобно им, да будет онВо все годины неизменным!
Как всё вокруг меня пленяет чудно взор!Там необъятными водамиСлилося море с небесами;Тут с каменной горы к нему дремучий борСошёл тяжёлыми стопами,Сошёл – и смотрится в зерцале гладких вод!Уж поздно, день погас, но ясен неба свод;На скалы финские без мрака ночь нисходит,И только что себе в уборАлмазных звезд ненужный хорНа небосклон она выводит!Так вот отечество Одиновых детей,Грозы народов отдалённых!Так это колыбель их беспокойных дней,Разбоям громким посвящённых!