Осень 1892
«Вы были для меня, прелестное созданье...»
Вы были для меня, прелестное созданье,Что для скульптора мрамора кусок,Но сломан мой резец в усиленном старанье,А глыбы каменной он одолеть не мог!
Любить Вас tout de me me?[29] Вот странная затея!Когда же кто любил негодный матерьял?О светлом божестве, любовью пламенея,О светлом божестве над вами я мечтал.
Теперь утешу Вас! Пигмалионы редки,Но есть каменотес в примете у меня:Из мрамора скамью он сделает в беседкеИ будет отдыхать от трудового дня.
Март 1893
«Цвет лица геморроидный...»
Цвет лица геморроидный,Волос падает седой,И грозит мне рок обидныйПреждевременной бедой.Я на всё, судьба, согласен,Только плешью не дари:Голый череп, ах! ужасен,Что ты там ни говори.Знаю, безволосых многоСредь святых отцов у нас,Но ведь мне не та дорога:В деле святости я – пасс.Преимуществом фальшивымНе хочу я щеголятьИ к главам мироточивымГрешный череп причислять.
Поправка
Ах, забыл я,– за святымиБоборыкина забыл!Позабыл, что гол, как вымя,Череп оный вечно был.Впрочем, этим фактом тожеОбнадежен я,– ибоЕсли не святой я божий,То ведь и не Пьер Бобо?
Октябрь 1893
<Н.Я. Гроту>
Скоро, скоро, друг мой милый,Буду выпущен в тиражИ возьму с собой в могилуНе блистательный багаж.Много дряни за душоюЯ имел на сей землеИ с беспечностью большоюБыл нетверд в добре и зле.Я в себе подобье божьеНепрерывно оскорблял,—Лишь с общественною ложьюВ блуд корыстный не впадал.А затем, хотя премногоИ беспутно я любил,Никого зато, ей-богу,Не родил и не убил.Вот и все мои заслуги,Все заслуги до одной.А теперь прощайте, други!Со святыми упокой!
Начало ноября 1893
Метемпсихоза
Сочинено во время холерных судорог
Подсолнечник желтыйЦветет в огороде,А сердце открытоЛюбви и природе.
В холерное время,—Недавно здоровый,—Лежу без движенья,Зелено-лиловый.
Подсолнечник желтыйПоблек в огороде.
В тревоге родные,Печальна прислуга,Пришли издалёкаДва старые друга:
Один пьет как губка,Другой – сумасшедший,Но вспомнили обаО дружбе прошедшей.
Подсолнечник желтыйУвял в огороде,—И сердце закрылосьЛюбви и природе.
И в гроб положили.Снесли на кладбище!..Довольны ль вы, черви,Присвоенной пищей?
Подсолнечник желтыйПогиб в огороде.
Из праха и тленаЦветок вырастает,К забытой могилеПчела прилетает...
Сидит на балконеПрелестная дева;Сияет красоюИ справа, и слева.
Подсолнечник желтыйРасцвел в огороде.
На блюдечке медуПриносят той деве.И вдруг я очнулсяВ прелестнейшем зеве!
Но будь он стократноПрелестен, а всё жеМое помещеньеС могилою схоже!
И мрачно, и сыро,И скользко! О горе!..Но с крошечкой воскаЯ выплюнут вскоре!
Подсолнечник желтыйЦветет в огороде.О счастье, о радость!Я вновь на свободе.
Вновь сердце открылосьЛюбви и природе!Подсолнечник желтыйЦветет в огороде...
Лето 1894
<М. С. Соловьеву>
Жди, аспид, змий и свиния,Меня у пруда ночью звездной,Хотя в трудах по горло яИ d'inachevé[30] зияет бездна.
Но не изменится мой рокИ d'inachevé не станет делом,Какую б я из всех дорогНи выбрал сердцем охладелым.
Любовный пыл совсем остыл,Лишь в дружбе я ищу опоры,А потому, о Михаил,С тобой увидимся мы скоро.
Лето 1894
<Н.Я. Гроту и Л.М. Лопатину>
Редакторы и друзья!Вас ругать намерен я.Сказал мне Радлов, вам знакомый,Что, духом новшества влекомый,Ты, Грот, решил Сатурна бегУскорить, – дерзкий человек!Но не удастся и вдвоемНоябрь вам сделать октябрем.______
Я клянуся сей бумагойИ чернильницею сей:Вам редакторской отвагойНе смутить души моей.Вдохновляемый Минервой,Отошлю статью вам яЛишь тогда, как ляжет первыйСнег на финские поля.Съезжу санною дорогойПо озерам, по рекам,И тогда на суд ваш строгий,Лишь тогда статью отдам._______