25 сентября 1894
Сталь
Гляжу с улыбкой на обломокМогучей стали, – и меняБыть сильным учишь ты, потомокВоды, железа и огня!
Твоя краса – необычайна,О, темно-голубая сталь...Твоя мерцающая тайнаОтрадна сердцу, как печаль.
А между тем твое сияньеНежней, чем в поле вешний цвет:На нем и детских уст дыханьеОставить может легкий след.
О, сердце! стали будь подобно —Нежней цветов и тверже скал, —Восстань на силу черни злобной,Прими таинственный закал!
Не бойся ни врага, ни друга,Ни мертвой скуки, ни борьбы,Неуязвимо и упругоПод страшным молотом Судьбы.
Дерзай же, полное отваги,Живую двойственность храня,Бесстрастный, мудрый холод влагиИ пыл мятежного огня.
28 сентября 1894
Ноябрь
Бледный месяц – на ущербе.Воздух – звонок, мертв и чист.И на голой, зябкой вербеШелестит увядший лист.
Замерзает, тяжелеетВ бездне тихого пруда,И чернеет и густеетНеподвижная вода.
Бледный месяц на ущербеУмирающий лежит,И на голой черной вербеЛуч холодный не дрожит.
Блещет небо, догорая,Как волшебная земля,Как потерянного раяНедоступные поля.
24 ноября 1894
Осенью в Летнем саду
В аллее нежной и туманной,Шурша осеннею листвой,Дитя букет сбирает странный,С улыбкой жизни молодой...
Все ближе тень октябрьской ночи,Все ярче мертвенный букет.Но радует живые очиУвядших листьев пышный цвет...
Чем бледный вечер неутешней,Тем смех ребенка веселей,Подобный пенью птицы вешнейВ холодном сумраке аллей.
Находит в увяданье сладостьЕго блаженная пора:Ему паденье листьев – радость,Ему и смерть еще – игра!..
1894
На озере Комо
Кому страдание знакомо,Того ты сладко усыпишь,Тому понятна будет, Комо,Твоя безветренная тишь.И по воде, из церкви дальней,В селенье бедных рыбаков,
«Ave Маria» – стон печальный,
Вечерний звон колоколов...Здесь горы в зелени пушистойУютно заслонили даль,Чтобы волной своей тенистойТы убаюкало печаль.И обещанье так прекрасно,Так мил обманчивый привет,Что вот опять я жду напрасно,Чего, я знаю, в мире нет.
1894
Средиземное море
Я уйду из глубоких аллейИ от виллы, где дышит в тени колоннадыДух Эллады,От счастливых людей,Прочь от жизни усталой,Я уйду в эти скалы,Где лишь мох, солнцем выжженный, чахнет,Где свободнее ветра порыв и сильнейМеж изглоданных влагой, колючих камнейМоре солью и свежестью пахнет.
Наша радость и горе,Все, что стоит любить, все, чем можно страдатьИ что люди словами умеют сказать, —Пред тобою ничтожно, о море!Забываю друзей и прощаю врагу,И полно мое сердце такого бесстрастья,Что любить на земле никого не могу,И не страшно мне смерти, не надо мне счастья.
Между 1891 и 1895
Шум волн
Скажите мне, за что люблю, о волны,Ваш сладостный и непонятный шум,Когда всю ночь ему внимаю, полныйТаинственных и несказанных дум.
Изменчивы, как я, и неизменны,Вы боретесь, и нет вам тишины,И все-таки вы праздны и блаженны,И олимпийской резвостью полны.
И страстного вы учите бесстрастью,Не верить злу людскому и добру,Быть радостным и не стремиться к счастью,И жизнь любить как вечную игру.
И мудрости вы учите свободной:Все пением и смехом побеждать,Чтоб в красоте великой и холоднойБесцельно жить, бесцельно умирать.
Ваш вольный шум – для сердца укоризна.Мой дух влечет к вам древняя любовь:Не прах земли, а вы – моя отчизна,То, чем я был и чем я буду вновь.
Апрель 1895, Ницца
Ласточки
Вечером нежным, как твой поцелуй,Полным то теплых, то свежих изменчивых струй,Милые ласточки вьются.
Неподвижный камыш чуть заденут крыломИ стремглав унесутся,Тонут с криками в небе родном,Словно с дерзостным хохотом.Нет им дела до туч,Что ползут, застилая испуганный луч,С медленным грохотом.
Милые ласточки, вас я люблю.Может быть, жизнь я бы отдал мою,Бедную гордую душу мою,Только б иметь ваши крыльяИ без усильяВ небе, как вы, потонуть.
Но надо мной вы смеетесь, играетеИ подставляетеАлому вечеру белую грудь.Жизни меня научите веселой:Видите, как по земле я влачусь,Скорбный, больной и тяжелый, —Так я и в темную землю вернусь.