День ярко гаснет на откосах,Клубится сумрак по земле.Да будет мне твой белый посохПутеводителем во мгле!
1909
М. А. Кузмину
Акростих
Мгновенья льются, как поток бессменный,Искусство – радугой висит над ним.Храни, храни, под ветром мировым,Алтарь своей мечты, огонь священный!
И пусть твой стих, и пламенный и пленный,Любовь и негу славит. Мы спешимУлыбчивым созданиям твоим,Как божествам, сплести венок смиренный,
Умолкли шумы дня. Еще размернейЗвучит напевный гимн в тиши вечерней,Мелькают лики, вызваны тобой.
И мы, о мусагет, как пред святыней,Невольно клонимся, – и к тверди синей,Увенчан, ты возносишь факел свой.
24 декабря 1908
Равному
Ответ на его послание
Не бойся едких осуждений,
Но упоительных похвал.
Нет, не бойся слов враждебных,Вольных вызовов к борьбе,В гуле выкриков хвалебных,В царство грез твоих волшебных,Вдруг домчавшихся к тебе!
Хорошо, что в нашем миреЕсть, кого в борьбу вовлечь,Что другой, как ты, в порфире,Что нас двое на турнире,Что на меч ответит меч!
Опусти свое забрало,Ладь оружие свое:Это – боя лишь начало,Это только простучалоЗатупленное копье!
22 марта 1906
Воссоздателю
Вяч. Иванову
Спокойный взор вперив в обломокИзваянного лика, – ты,Друидов сумрачных потомок,Постиг разбитые черты.
Коснувшись мрамора немогоСвоим магическим жезлом,Ему вернул ты силу слова,Былую жизнь затеплил в ном.
Ты стройность дал бессвязным грудам,В безликом облик угадал,И – чудотворец! – этим чудомМое созданье оправдал!
1909
Встречной
Они не созданы для мира.
Во вселенной, страшной и огромной,Ты была – как листик в водопаде,И блуждала странницей бездомной,С изумленьем горестным во взгляде,
Ты дышать могла одной любовью,Но любовь таила скорбь и муки.О, как быстро обагрялись кровьюС нежностью протянутые руки!
Ты от всех ждала участья – жадно.Все обиды, как дитя, прощала,Но в тебя вонзались беспощадноОстрые, бесчисленные жала.
И теперь ты брошена на камни,Как цветок, измолотый потоком.Бедная былинка, ты близка мне, —Мимо увлекаемому Роком!
Сентябрь – ноябрь 1907
Е. Т.
Кто глаза ее оправилВ завлекательный магнит?Вместо сердца камень вставил,Желтый камень хризолит?
И когда в блестящем зале,Взор склонив, скользит она, —Словно искрится в бокалеЛедяной огонь вина!
Смех ее – что звонкий голосРазыгравшихся дриад.Как на колос спелый колос,Косы сложены назад.
Ах, я верю! в час, как щелкнетОградительный замок,И весь мир кругом примолкнет,Словно скромен и далек, —
Что за радость к этим губкамГубы алчные склонить,Этим жгучим, острым кубкомЖажду страсти утолить!
Да, я верю: в этом телеВзвивность синего огня!Здесь опасность, – в самом деле! —Чур меня! ах, чур меня!
1909
Начинающему
...доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит!
Нет, мы не только творцы, мы все и хранители тайны!В образах, в ритмах, в словах есть откровенья веков.Гимнов заветные звуки для слуха жрецов не случайны,Праздный в них различит лишь сочетания слов.Пиндар, Вергилий и Данте, Гете и Пушкин – согласноВ явные знаки вплели скрытых намеков черты.Их угадав, задрожал ли ты дрожью предчувствий неясной?Нет? так сними свой венок: чужд Полигимнии ты.
1906
Исполненное обещание
Романтическая поэма
Благоговейно посвящается памяти В. А. Жуковского
1
Угрюм и грозен замок Твид.Он со скалой как будто слит,Как будто вырос из скалы.Гнездятся по углам орлы,От стен идет нагой отвес,Внизу синеет хвойный лес,И, недоступно далека,Змеится белая река.
Владыка замка, Гуго Твид,Издавно бранной славой сыт.Добытым на войне добромС излишеством наполнен дом.Казне у Твида счета нет;С ним не тягается сосед,А Твид оспорит короля;Подвластны Твиду все поля,Твид – стар, но силен до сих пор;В его руке как гром топор;И Твиду старому вернаЕго прекрасная жена.