Быть недвижимым, быть безмолвным,Быть скованным... Поверить снам,И предавать палящим волнамСебя, как нежащим губам.
Ты мной владеешь, Соблазнитель,Ведешь меня... Я – твой! с тобой!В какую странную обительПлывем мы голубой водой?
Спустились лавры и оливыК широким белым ступеням...Продлись, продлись, мой миг счастливый,Дремлю в ладье, у входа в храм...
Чья шея, гибкая, газелья,Склонилась на плечо мое?Не упоенье, не веселье,Не сладость ласк, не острие.
Нет, ничего мечте не надо!Смотреть в хрустальный небосвод,Дышать одной тобой, усладаЖурчащих и манящих вод!
Все позабыть, чем жил я прежде,Восторг стихов, восторг любви...Ты, призрак в голубой одежде,Прекрасный миг останови!
Пусть зыблют бледные оливыТень по широким ступеням.Я – недвижимый, я – счастливый,Я предан нежащим губам.
Сверкает чье-то ожерельеТак близко... Милая, твое?Не упоенье, не веселье,Не сладость ласк, не острие...
1909—1911
В пустынях
Так вот в какие пустыниТы нас заманил, Соблазнитель!Бесстрастный учительМечты и гордыни,Скорби целитель,ОсвободительОт всех уныний!
Эта страна – безвестное Гоби,Где Отчаянье – имя столице!Здесь тихо, как в гробе.В эти границыНе долетают птицы;Степь камениста, даль суха,Кустарник с жесткой листвой,Мох ползучий, седой,Да кусты лопуха...
Здесь мы бродим, тобой соблазненная рать,Взорами, в ужасе, даль обводя,Избегая смотреть друг на друга.Одним – смеяться, другим– рыдать,Третьим безмолвствовать, слов: не найдя,Всем – в пределах единого круга!
Иные, в упорстве мгновенном,Ищут дороги назад,Кружатся по пустыне холодной,Смущающей очи миражем бессменным,И круги за кругами чертят,Бесплодно, —По своим следамВозвращаясь к нам.
Другие, покорно, на острых камняхЛежат и грызут иссохшие руки,Как на прахе брошенный прах,И солнечный диск, громаден и ал,Встает из-за рыжих скал,Из-за грани прежней отчизны,Страны Любви и Жизни,Что стала страной – Вечной Разлуки.
У нас бывают экстазы,Когда нежданноМы чувствуем жизнь и силы!Всё меняется странно:Камни горят, как алмазы,Новые всходят на небо светила,Расцветают безвестные розы, —Но, быстро осыпаются грезы,Тупо мы падаем в груды колеблемой пыли,Тупо мы слушаем ветер,Еле качающий дремлющий вереск, —В бессилии...
И тогда появляешься ты,Прежний, Юный, Прекрасный,В огненном Маке,Царь Мечты.ВластноНам делаешь знаки,И, едва наступает тишь —Прежний, Прекрасный, Юный, —Голосом нежным, как струны,Нам говоришь:
«Я обещал вам восторга мгновенья, —Вы их узнали довольно!Я обещал вам виденья, —Вы приняли их богомольно!Я обещал вам сладости изнеможенья, —Вы их вкусили вполне!Поклонитесь мне!»
И, пав на колени,Мы, соблазненная рать,Готовы кричатьВсе гимны хвалений,Веселясь о своем Господине:«Слава, УчительМечты и гордыни!Скорби целитель,ОсвободительОт всех уныний!Да будем в пустынеВерны нашей судьбе!Вне Тебя нам все ненавистно!Служим тебе —Ныне и присно!»
1911
Под мертвой луною
На кладбище старом, пустынном, с сознанием,
полным отравы,
Под мертвой Луною...
В моей стране
В моей стране – покой осенний,Дни отлетевших журавлей,И, словно строгий счет мгновений,Проходят облака над ней.
Безмолвно поле, лес безгласен,Один ручей, как прежде, скор.Но странно ясен и прекрасенОмытый холодом простор.
Здесь, где весна, как дева, пелаНад свежей зеленью лугов,Где после рожь цвела и зрелаВ святом предчувствии серпов, —
Где ночью жгучие зарницыПорой влюбленных стерегли,Где в августе склоняли жницыСвой стан усталый до земли, —
Теперь торжественность пустыни,Да ветер, бьющий по кустам,А неба свод, глубоко синий, —Как купол, увенчавший храм!
Свершила ты свои обеты,Моя страна! и замкнут круг!Цветы опали, песни спеты,И собран хлеб, и скошен луг.
Дыши же радостным покоемНад миром дорогих могил,Как прежде ты дышала зноем,Избытком страсти, буйством сил!