Я – капля в море! Назад отринут,Кружусь в просторе, – но не исчез.И буду бурей снова вскинутПод вечным куполом небес!
1917
В альбом Н***
Люблю альбомы: отпечатокНа них любезной старины;Они, как дней иных остаток,Легендой заворожены.
Беря «разрозненные томыИз библиотеки чертей»,Я вспоминаю стих знакомыйКогда-то модных рифмачей.
Он кажется живым и милымЛишь потому, что посвященВиденьям серебристокрылымДавно развеянных времен.
И, вписывая строки этиВ почти безгрешную тетрадь,Я верю, что еще на светеОсталось, для кого писать!
6 марта 1916
П. И. Постникову
Что в протоплазме зыблил океан,Что древле чувствовал летучий ящер,В чем жизнь была первичных обезьян, —Всё ты впитал в себя, мой давний пращур!
И плоть живую передал ты мне,Где каждый мускул, все суставы, костиГласят, как знав, о грозной старине,О тех, что спят на мировом погосте.
Наследие бесчисленных веков,Мое так мудро слепленное тело!Ты – книга, где записано без словТо прошлое, что было и истлело.
Ты говоришь про жизнь в морских волнах,Про ползанье, летанье, о трехглазомЧудовище, о гнездах на ветвях...Блажен, кто слух склонил к твоим рассказам!
Блажен, кто понял, вещее, тебяИ, видя человеческую бренность,Умеет в ней разгадывать, любя,Природы беспредельной неизменность!
Завидую тому, кто, острый взорСклонив на эти связки, эти вены,За ними видит мировой просторИ вечной жизни радостные смены!
16 августа, 1916
К. А. Коровину
Душа твоя, быть может, ослепительней,Чем яркость буйная твоих .картин.И в нашем мире что-то удивительнейВсех пышных красок видишь ты один,
Всех райских сил вожди многокрылатыеВыводят пред тобой свои полки,А где-то в безднах демоны-вожатаи,Раскинув крылья, плачут от тоски.
И Дантово виденье, Rosa Mystica,Стоит всегда, блистая, пред тобой,Во всех лучах, в дрожаньи каждом листика,В любом лице и в девушке любой.
Твои полотна – отзвук еле слышимыйГармонии, подслушанной в раю;В них воздухом Эдема смутно дышим мы,В них прозреваем мы мечту твою.
Как Моисей познал косноязычие,Ты знаешь невозможность – вое сказать...Гордись: в твоем бессилии – величие,В твоей безвольной кисти – благодать!
1916
Клавдии Николаевне ***
Вы только промелькнули, – аккуратной,Заботливой и ласковой всегда.В чем ваша жизнь? Еще мне непонятно...Да и понятным будет ли когда?
Вы для меня останетесь виденьемВне времени; вы в жизнь мою вошли,Чтоб в ней блеснуть по нескольким мгновеньямИ в памяти, как луч, сиять вдали.
Но что ж! Два-три небезучастных слова,Да столько ж раз – простой и добрый взгляд:Ведь это много для пути земного,Где чаще взоры лгут, слова язвят.
За, может быть, привычное участье,За общую улыбку, может быть,Иль, наконец, за ваше беспристрастье —Мне так отрадно вас благодарить.
И в эти дни мучительной расплаты,Когда невольной праздности пораМеня гнетет, – я понял, что солдатыВлагают в имя нежное «сестра»!
14 августа 1916
Ов. Иоаннисиану
В альбом
К тебе приблизиться, то значит —Вдохнуть души прекрасной свет.Кто удручен, кто тайно плачет, —Тот ищет строф твоих, поэт.В армянской новой жизни начатТвоим напевом яркий след!
1916
И. Туманьяну
Надпись на книге
...Да будет праведно возмездиеСудьбы – ив годах и в веках:Так! создал новое созвездиеТы на армянских небесах.
Пусть звезды малые и крупныеТебя кропят, пронзая тьму:Мы смотрим в сферы недоступные,Дивясь сиянью твоему!
25 февраля 1916
Мое упорство
О, лень моя! ты—вожделенный сад!
Мое упорство, ты – неукротимо!Пусть яростно года проходят мимо,Пусть никнут силы, сломлены борьбой,Как стебель гордой астры под грозой;Встаю, иду, борюсь неутомимо!Моя душа всегда огнем палима.В дневной толпе и в тишине ночной,Когда тружусь, когда лежу больной, —Я чувствую, что крылья серафимаМеня возносят, пламя в клубах дыма;Над человечеством столп огневой,Горю своим восторгом и тоской,И буду я гореть неумолимо!Пусть яростно века проходят мимо!