Велика ли корысть, что мы славим радостно честь свою,В обсерватории на весы Сатурн опустив,Посчитав на Венере градусы по Цельсию,Каналы на Марсе ловя в объектив?
Все равно! все равно! И ничтожного отзываНет из пространства! терпи да млей!Мы – что звери за клеткой! Что ж, нововолосогоМарсианина, что ль, мы ждем на земле?
Так растопчем, растопчем гордость неоправдываемую!Пусть как молния снидет из тьмы ночи ловец —Брать наш воздух, наш фосфор, наш радий, радуя и моюСкорбь, что в мире смирил умы не человек!
17 февраля 1922
Разочарование
Вот замолкла, заснула, закуталасьЧерным ворохом чуткая полночь.Дверь в миры отперта; из-за куполаМарс мерцает приближенный. Полно!
Ты – мой бред! ты – мой призрак! Лилит моя!Мозг пилить невозможным ты снова ль?Что мы? – капля, в вселенную влитая,Нить, где взвита в бездонность основа!
Те мечты я сотру, мел на аспиде!Сеть каналов твоих смажу тушью!Прокричи из ночи еще раз: «Приди!»Мне ль углей мировых внять удушью?
Пусть нигде, пусть никто, всех семи планет,Нам не отзыв, не зов: лед и зной лишь!Вечность нас зевом медленным выплюнет, —Мы – лишь бедный цветок, ах! весной ли?
Прежде, после, – ей что? наших выкладокЕй не брать, – единиц в биллионе!Звезд ряды строить в небе привыкла так,Что меня, здесь во тьме, для нее – нет!
1 марта 1922
Молодость мира
Нет! много ли, мало ли, чем бы ты вымерилВсе, что в тысячелетия, как в пропасть упало, —Материки, что исчезли, расы, что вымерли,От совета Лемуров до совета в Рапалло?
Имена персеидами падают в памяти,Царей, полководцев, ученых, поэтов...Но далеко ль еще по тем же тропам идти,Набирая в ненужный запас то и это?
На пути библиотеки стоят цитаделями,Лагерями – архивы, загражденьем – музеи...Вдребезги грудь о песни к Делии,Слеп от бомб риккертианства, глух от древних Тезеев.
Но океаны поныне кишат протоплазмами,И наш радий в пространствах еще не растрачен,И дышит Земля земными соблазнами,В мириадах миров всех, быть может, невзрачней.
А сколько учиться, – пред нами букварь еще!Ярмо на стихии наложить не пора ли,Наши зовы забросить на планету товарищу,Шар земной повести по любой спирали?
Человек! свои мерки опять переиначь! а тоУронишь афишу, озадаченный зритель!Человечеством в жизни ныне не начата льЛишь вторая глава там, в Санта-Маргарите?
1 мая 1922
Минуты
Там, в днях...
Где? – в детстве, там, где ржавый прудКренил карвеллы в муть Саргассо,Чтоб всполз на борт надонный спрут, —Там вновь Персей познал Пегаса!
Там, в дни, где солнце в прорезь липРазило вкруг клинком Пизарро, —Все звенья логик что могли б?Сны плыли слишком лучезарно!
Потом, в дни, где медяный стройЗвенел и пели перья шлема, —Не всюду ль ждал Ахей иль Трои,Пусть буквы в ряд слагались: лемма!
И в дни, где час кричал: «Дели жМиг на сто дрожей непрестанно!»Кто скрыл бы путь меж звезд, – где лишьБред, смерть Ромео иль Тристана?
Там, в днях, – как знать? в руде веков,В кровь влитых, гимном жгущих вены, —Там – взлет и срыв, чертеж стихов,Копье ль Афин, зубцы ль Равенны?
22 марта 1922
Весенняя песня о любви
Тосковать в снег весны, – о, банальныеПесни праотцев, скок чрез огонь:С тигром крыться под своды бананные,Догонять с рыжей пумой вигонь!
Март морочит морозная оттепель;К печкам лепятся тени Мюрже...Что ж плеснуло? груз тел, – не на отмель лиК ласкам вешним две пары моржей?
Ночью вскрыть бы (проделки Лесажевы)Потолки: лоб на лоб, рот ко рту, —Сколько спаянных в дрожь! Иль рассаженыВ них твои паладины, Артур?
Волны бьют с пустыря миоценова,Чтоб, дрожа, грудь теплела в руке:Древних дебрей слеза драгоценная —Вздох табачный ловить в мундштуке.
Верб заветных где пух? – Не равно ли им,Здесь, где страсть – на прилавок товар,Лед и гейзеры, ель и магнолии...А Джон Фич, темя вниз, в Делавар!
22 марта 1922
С Ганга, с Гоанго...
С Гаага, с Гоанго, под гонг, под тимпаны,Душны дурманы отравленных стран;Фризским каналам, как риза, – тюльпаны;Пастбищ альпийских мечта – майоран.