Время, время, стой здесь! полосатый шлагбаумВ череп мысли влепи! не скачи, сломя дни!Гвоздь со шнуром в «теперь» вбить бы нам, и в забавуМиллионам веков дать приказ: отдохни!
Эх! пусть фильму Эйнштейн волочит по Европе!Строф не трать на обстрел: дроби праздный извод!Все ж из «прежде» в «потом» кувыркаться! и в тропеГераклита – все истины: жизнь – смена вод.
Есть, быть может, ждут, будут – Гольфштрем, Куро-СивуНа путях, где нас Солнце влечет, как сатрап,Чтоб лучи, звуки, запахи, краски – красивыСтали все, всем, везде, или – соком отрав;
Есть, быть может, ждут, будут – огни дальних станцийТам, где шаг человечества врежет свой след,Чтоб в Коммуне Всемирной жить в музыке, в танце,В песне, славила радость предсказанных лет;
Но и там все – лишь миг, но и там все – что дребезгНевозможных полнот, тех, что взор осязатьМог бы лишь не как взор, чей на смертном одре блескБудет бред, будет цель – с мигом вечность связать.
3 августа 1923
Мир электрона
Быть может, эти электроны —Миры, где пять материков,Искусства, знанья, войны, троныИ память сорока веков!
Еще, быть может, каждый атом —Вселенная, где сто планет;Там всё, что здесь, в объеме сжатом,Но также то, чего здесь нет.
Их меры малы, но все та жеИх бесконечность, как и здесь;Там скорбь и страсть, как здесь, и дажеТам та же мировая спесь.
Их мудрецы, свой мир бескрайныйПоставив центром бытия,Спешат проникнуть в искры тайныИ умствуют, как ныне я;
А в миг, когда из разрушеньяТворятся токи новых сил,Кричат, в мечтах самовнушенья,Что бог свой светоч загасил!
13 августа 1922
Мир N измерений
Высь, ширь, глубь. Лишь три координаты.Мимо них где путь? Засов закрыт.С Пифагором слушай сфер сонаты,Атомам дли счет, как Демокрит.
Путь по числам? – Приведет нас в Рим он(Все пути ума ведут туда!).То же в новом – Лобачевский, Риман,Та же в зубы узкая узда!
Но живут, живут в N измереньяхВихри воль, циклоны мыслей, те,Кем смешны мы с нашим детским зреньем,С нашим шагом по одной черте!
Наши солнца, звезды, всё в пространстве,Вся безгранность, где и свет бескрыл, —Лишь фестон в том праздничном убранстве,Чем их мир свой гордый облик скрыл.
Наше время – им чертеж на плане.Вкось глядя, как мы скользим во тьме,Боги те тщету земных желанийМетят снисходительно в уме.
21 января 1924
Явь
Опрокинут, распластан, рассужен врозьПризрак мира от солнц до бацилл...Но в зрачки, в их тигриную суженность,По заре серый дождь моросил.
Там по памяти, в комнатах замкнутых,Бродят цифры, года, имена...А голодный крестьянин в глаза кнутомКлячу бьет от пустого гумна.
Сны вершин в бармах Фета и Тютчева,В кружевах Гете иль Малларме...Но их вязь – план чьей драмы? этюд чего?Их распев – ах, лишь в нашем уме!
День Флориды – ночь Уэльса. Но иначе —Изотермы жгут тысячу тел:Топчут Гамлета Хорь-и-Калинычи,Домби дамбами давят Отелл.
Говори: это – песня! лениво лгиТам, в тетради, чертами чернил:Но, быть может, писк муромской иволгиКровью каплет в египетский Нил.
Колбы, тигли, рефракторы, скальпелиРежут, лижут, свежат жизнь, – но вотЯвь – лишь эти за окнами капли иПоцелуй в час полночных свобод.
24 апреля 1923
Как листья в осень
«Как листья в осень...» – вновь слова Гомера.Жить, счет ведя, как умирают вкруг...Так что ж ты, жизнь? – чужой мечты химера?И нет устоев, нет порук!
Как листья в осень! Лист весенний зелен;Октябрьский желт; под рыхлым снегом – гниль...Я – мысль! я – воля!.. С пулей или зельемВстал враг. Труп и живой – враги ль?
Был секстильон; впредь будут секстильоны...Мозг – миру центр; но срезан луч лучом.В глазет – грудь швей, в свинец – Наполеоны!Грусть обо всех – скорбь ни об чем!
Так сдаться? Нет! Ум не согнул ли выиСтихий? узду не вбил ли молньям в рот?Мы жаждем гнуть орбитные кривые,Земле дав новый поворот.
Так что ж не встать бойцом, смерть, пред тобой нам,С природой власть по всем концам двоя?Ты к нам идешь, грозясь ножом разбойным;Мы – судия, мы – казнь твоя.