Но вещая надежда в насТаится, что об эти наши стены,На этот раз,Ты разобьешь свои дерзания!Что в третий разТы не разрушишь Рима!Германия! Германия!Стремись волной неукротимой,Влеки свой яростный поток.РокВо имя Права, Красоты, СвободыВспять обратит бушующие воды!
2
Германия! Германия!Почти поверил легковерный мир,Что по твоим полям прошла мечта —Титания,Что покорил тебя Орфей веков – Шекспир!
Что твой священный сын, богоподобный Гете,В тебя сумел вдохнуть гармонию, что тыВ таинственном полетеМечтыДостигла вдохновенной высоты...
1914
Семейная картинка
Аллегория
И вот в железной колыбели
В громах родится новый год.
Ты спишь «в железной колыбели»,И бабка над тобой, Судьба,Поет, но песнь ее – пальба,И светит в детской – блеск шрапнелей.
Сейчас скончался старший брат.Вот он лежит в одежде ратной...Должник несчастный, неоплатный,Он, кажется, был смерти рад.
Чу! соскочив поспешно с «бенца»,Вошел отец, двадцатый век,Сел, подписал огромный чекИ бросил на постель младенца.
Печально улыбнулась матьЭпоха: ей знакомы этиПодарки в люльке... Те же детиДолжны без гроша умирать!
И, на портреты предков глядя,Она вперила взор в один:Седой, поникший господин:Век девятнадцатый, твой дядя!
Меж тем твой дед – бессмертный РокУгрюмо дремлет в старом кресле.Былые дни пред ним воскресли:Грозит Аттила, жив Восток...
Он спит... Внезапно, как химера,Неведомая гостья в домВлетает... Шелестя крылом,Вещает радостно: «Я – Эра».
А за дверями, как и встарь,Меж слуг выходит перебранка.История, как гувернантка,Зовет ребенка за букварь;
Ему винтовку тащит Время,Седой лакей; его жена,Статистика, возмущена,Кричит, что то младенцу – бремя.
Шум, крик. Но дряхлая Судьба,Клонясь упрямо к колыбели,При ночниках – огнях шрапнелей,Поет, и песнь ее – пальба!
31 декабря 1914 – 1 января 1915
Витраж – триптих
Средняя часть
Рыцарь по отмели едет один.
Левая створка
Дева томится в молельне вечерней.
Правая створка
Ждет, притаясь за скалой, сарацин.
Рама
Алые розы в сплетении терний.
Рыцарь
Рыцарь по отмели едет один;Взор, из-под шлема, уныло-спокоен;Блещет в щите, посредине, рубин;Конь златосбруйный, и мощен и строен.
Взор, из-под шлема, уныло-спокоен,Смотрит в широкую синюю даль.Что тебя мучит, задумчивый воин:Слава и смерть иль любовь и печаль?
Блещет в щите, посредине, рубин, —Золото справа и золото слева...То талисман или память годин?Нет, твой подарок, далекая дева!
Рыцарь по отмели едет один;Конь златосбруйный, и мощен и строен,Мерно ступает, взбивая песок...Конь королевский! владеть им достоинТолько такой благородный ездок!
Что ж тебя мучит, задумчивый воин?..
Дева
Дева томится в молельне вечерней.Образ мадонны и кроток и тих.Грезы, что миг, все темней и неверней...Где он, где твой нареченный жених!
Образ мадонны и кроток и тих,Молча приемлет земные молитвы...Где-то в горах и равнинах чужихДлятся и длятся жестокие битвы!
Грезы, что миг, все темней и неверней...Страшно, как в зеркало, глянуть в мечты:Стрелы над шлемами свищут размерной,Громче мечи дребезжат о щиты...
Дева томится в молельне вечерней:Где он, где твой нареченный жених!Может быть, сброшен коварным ударом,Стынет, простертый на камнях нагих,Ночью, под лунным таинственным паром,
Где-то в горах иль в равнинах чужих?
Сарацин
Ждет, притаясь за скалой, сарацин.Рыцарь опасной дороги не минет!Звон разнесется по глуби долин.Кто-то кого-то в борьбе опрокинет!
Рыцарь опасной дороги не минет!Враг неподвижен за серой скалой,Прыгнет и крикнет, опустит и вынет,Красный от крови, кинжал роковой!
Звон разнесется по глуби долин.Радостный звон, – он друзей не обманет!Алый, как красный от крови, рубинК белой одежде красиво пристанет!