Навек осталась вскрытой глубина;Над ней теперь гудело вещим звоном —Все то, об чем шептали лишь ученымНамеки книг в былые времена.
Ваграм и Дрезден, Аустерлиц и Иена,Вы – двух начал таинственная смена;Толпе открыли вы свободный путь.
Народ рванулся ветром тайн дохнуть...Но не давал дышать им в полной мереВсе ж топот армий, гулы артиллерий.
XIII. Девятнадцатый век
Все ж топот армий, гулы артиллерийЗатихли; смолк войны зловещий звон;И к знанью сразу распахнулись двери,Природу человек вдруг взял в полон.
Упали в прах обломки суеверий,Наука в правду превратила сон:В пар, в телеграф, в фонограф, в телефон,Познав составы звезд и жизнь бактерий.
Античный мир вел к вечным тайнам нить;Мир новый дал уму власть над природой;Века борьбы венчали всех свободой.
Осталось: знанье с тайной съединить.Мы близимся к концу, и новой эреНе заглушить стремленья к высшей сфере.
XIV. Мировая война XX века
Не заглушить стремленья к высшей сфереИ буре той, что днесь шумит кругом!Пусть вновь все люди – злобный враг с врагом.,Пусть в новых душах вновь воскресли звери.
На суше, в море, в вольной атмосфере,Везде – война, кровь, выстрелы и гром...Рок ныне судит неземным судомПозор республик лживых и империй!
Сквозь эту бурю истина пройдет,Народ свободу полно обрететИ сам найдет пути к мечте столетий!
Пройдут бессильно ужасы и эти,И Мысль взлетит размахом мощных крылНад буйным хаосом стихийных сил!
XV. Заключение
Над буйным хаосом стихийных силСияла людям Мысль, как свет в эфире.Исканьем тайн дух человека жил,Мощь разума распространялась в мире.
Прекрасен, светел, венчан, златокрыл,Он встал, как царь в торжественной порфире.Хоть иногда лампады Рок гасил,Дух знанья жил, скрыт в дивном эликсире.
Во все века жила, затаена,Надежда – вскрыть все таинства природы,К великой цели двигались народы.
Шумя, Европу обняла война...Все ж топот армий, громы артиллерийНе заглушат стремленья к высшей сфере.
<1918>
«Пора! Склоняю взор усталый...»
И утлый челн мой примет вечность
В неизмеримость черных вод...
Пора! Склоняю взор усталый:Компас потерян, сорван руль,Мой утлый челн избит о скалы...В пути я часто ведал шквалы,Знал зимний ветер одичалый,Знал, зноем дышащий, июль...
Давно без карты и магнитаКручусь в волнах, носим судьбой,И мой маяк – звезда зенита...Но нынче – даль туманом скрыта,В корму теченье бьет сердито,И чу! вдали гудит прибой.
Что там? Быть может, сны лагуныМеня в атолле тихом ждут,Где рядом будут грезить шкуны?Иль там, как сумрачные струны,Стуча в зубчатый риф, буруныНад чьей-то гибелью взревут?
Не все ль равно! Давно не правлю,Возьмусь ли за весло теперь,Вновь клочья паруса поставлю?Нет! я беспечность в гимне славлю,Я полюбил слепую травлю,Где вихрь – охотник, сам я – зверь.
Мне сладостно, не знать, что будет,Куда влечет меня мой путь.Пусть прихоть бури плыть принудит —Опять к бродячим дням присудитИль в глуби вечных вод остудитВ борьбе измученную грудь!
Пора! спеши, мой челн усталый!Я пристань встречу ль? утону ль? —Пою, припав на борт, про скалы,Про все, что ведал я, про шквалы,Про зимний ветер одичалый,Про, зноем дышащий, июль!
15 марта 1919
Вступление
Жизнь кончена, я это сознаю,Нет больше целей, нет надежд свободных,Пора пересказать всю жизнь своюВ стихах неспешных, сжатых и холодных.Мне – сорок шесть. За эти годы яЛюдей значительных встречал немало(Меж ними были и мои друзья),Судьба меня нередко баловала,Я видел много стран, и сквозь окноТри революции мог наблюдать я жадно,Испить любовь мне было сужденоИ все мученья страсти беспощадной.И все прошло, и все я пережил,И многих нет, с кем я сидел на пире...Смотрю спокойно на ряды могилИ больше ничего не жду я в мире.
20 марта 1919
Праздник труда
Гимн Первого мая 1919 года
На сонных каналах ВенецииКолышут весло гондольеры;С весной пробуждаются в ГрецииАнтичных столетий Химеры;Смеется беспечная Франция,Сбор золота щедро посеяв;Мне кажется: в пламенном танце я,Взглянув за зубцы Пиренеев;Грозясь, торжествует Британия,По свету суда рассылая...Как будто и кровь и страданияЗабыты пред праздником Мая!