10 мая 1905
На Сайме
Тебя полюбил я, красавица нежная...
* * *
Меня, искавшего безумий,Меня, просившего тревог,Меня, вверявшегося думеПод гул колес, в столичном шуме,На тихий берег бросил Рок.
И зыби синяя безбрежность,Меня прохладой осеня,Смирила буйную мятежность,Мне даровала мир и нежностьИ вкрадчиво влилась в меня.
И между сосен тонкоствольных,На фоне тайны голубой,Как зов от всех томлений дольных,Залог признаний безглагольных, —Возник твой облик надо мной!
1905
Rauha
* * *
Желтым шелком, желтым шелкомПо атласу голубомуШьют невидимые руки.К горизонту золотомуЯрко-пламенным осколкомСходит солнце в час разлуки.
Тканью празднично-пурпурнойУбирает кто-то дали,Расстилая багряницы,И в воде желто-лазурнойЗаметались, заблисталиКрасно-огненные птицы.
Но серебряные змеи,Извивая под лучамиСпин лучистые зигзаги,Беспощадными губамиЛовят, ловят все смелееПтиц, мелькающих во влаге!
1905
Rauha
* * *
В дали, благостно сверкающей,Вечер быстро бисер нижет.Вал, несмело набегающий,С влажной лаской отмель лижет.
Ропот ровный и томительный,Плеск беспенный, шум прибоя,Голос сладко-убедительный,Зов смиренья, зов покоя.
Сосны, сонно онемелые,В бледном небе встали четко,И над ними тени белыеМолча гаснут, тают кротко.
1905
Rauha
* * *
Мох, да вереск, да граниты...Чуть шумит сосновый бор.С поворота вдруг открытыДали синие озер.
Как ковер над легким склономНежный папоротник сплел.Чу! скрипит с протяжным стономНаклоненный бурей ствол.
Сколько мощи! сколько лени!То гранит, то мягкий мох...Набегает ночь без тени,Вея, словно вещий вздох.
1905
Rauha
* * *
Я – упоен! мне ничего не надо!О, только б длился этот ясный сон,Тянулись тени северного сада,Сиял осенне-бледный небосклон,
Качались волны, шитые шелками,Лиловым, красным, желтым, золотым,И, проблистав над синью янтарями,Сгущало небо свой жемчужный дым,
И падало безумье белой ночи,Прозрачной, призрачной, чужой – и ты,Моим глазам свои вверяя очи,Смущаясь и томясь, искала б темноты!
1905
Rauha
* * *
Мы в лодке вдвоем, и ласкает волнаНас робким и зыбким качаньем.И в небе и в нас без конца тишина,Нас вечер встречает молчаньем.
И сердце не верит в стране тишины,Что здесь, над чертогами Ато,Звенели мечи, и вожди стариныЗа сампо рубились когда-то.
И сердце не верит, дыша тишиной,Ласкательным миром Суоми,Что билось недавно враждой роковойИ жалось в предсмертной истоме.
11 сентября 1905
Rauha
* * *
Голубое, голубоеОко сумрачной страны!Каждый день ты вновь иное:Грезишь, пламенное, в зное,В непогоду кроешь сны.
То, в свинцовый плащ одето,Сосны хмуришь ты, как бровь;То горишь лучами света,От заката ждешь ответа,Все – истома, все – любовь!
То, надев свои алмазы,Тихим ропотом зыбейТы весь день ведешь рассказыПро народ голубоглазый,Про его богатырей!
1905
Rauha
* * *
Воздух живительный, воздух смолистыйЯ узнаю.Свет не слепит, упоительный, чистый,Словно в раю.
Узкой тропинкой к гранитам прибрежнымВышел, стою.Нежу простором, суровым и нежным,Душу мою.
Сосны недвижны на острове, словноВ дивном краю.Тихие волны лепечут любовноСказку свою.
Вот где дозволило божье пристрастьеМир бытию!Веет такое же ясное счастьеТолько в раю.
1905, 28 мая 1908
Rauha
Правда вечная кумиров
Познал ты правду вечную кумиров.
К Деметре
Небо четко, небо сипе,Жгучий луч палит поля;Смутно жаждущей пустынейПростирается земля;
Губы веющего ветраИщут, что поцеловать...Низойди в свой мир, Деметра,Воззови уснувших, мать!