1906, 1907
Неизбежность
Октавы
Не все ль равно, была ль ты мне верна?И был ли верен я, не все равно ли?Не нами наша близость решена,И взоры уклонить у нас нет воли.Я вновь дрожу, и снова ты бледна,В предчувствии неотвратимой боли.Мгновенья с шумом льются, как поток,И страсть над нами взносит свой клинок.
Кто б нас ни создал, жаждущих друг друга,Бог или Рок, не все ли нам равно!Но мы – в черте магического круга,Заклятие над нами свершено!Мы клонимся от счастья и испуга,Мы падаем – два якоря – на дно!Нет, не случайность, не любовь, не нежность, —Над нами торжествует – Неизбежность.
22 января 1909
Ее колени...
Рондо
Ее колени я целую. ТениСклоняются, целуя нас двоих.Весь мир вокруг застенчиво затих.Мы – вымысел безвестных вдохновений,Мы – старого рондо певучий стих.
Певец забытый! Брат времен святых!Ты песне вверил жалобы и пени,И вот сегодня мне поют твой стихЕе колени:
«В венке из терний дни мои; меж нихОдин лишь час в уборе из сирени.Как Суламифи – дом, где спит жених,Как Александру – дверь в покой к Εлене,Так были сладостны для губ моихЕе колени».
1908
Лишь одного!
Газелла
Лишь одного: я быть с тобой хочу!С твоей мечтой слить трепет свой – хочу!
Над глубью глаз повиснув в высоте,Дышать их ночью, влажной тьмой – хочу!
В гробу объятий, в жуткой тесноте,Услышать близко сердца бой – хочу!
Вдвоем спешить к мучительной метеИ вместе пасть у цели той – хочу!
Как палачу, отдаться красотеИ с плахи страсти крикнуть: «Твой!» – хочу!
Сентябрь 1905
К Пасифае
Сонет
Нет, не тебя так рабски я ласкаю!В тебе я женщину покорно чту,Земной души заветную мечту,За ней влекусь к предсказанному раю!
Я чту в тебе твою святыню, – ту,Чей ясный луч сквозь дым я прозреваю.Я, упоив тебя, как Пасифаю,Подъемлю взор к тебе, как в высоту!
Люби иль смейся, – счетов нет меж нами, —Я все равно приду ласкать тебя!Меня спасая и меня губя,
На всех путях, под всеми именами,Ты – воплощенье тайны мировой,Ты – мой Грааль, я – верный рыцарь твой!
Май 1904
Ночные цветы
Целый день спят ночные цветы...
Под зноем дня в пыли заботыНа придорожьях суеты,В бессильи тягостной дремоты,Висят священные цветы.
Но лишь, предвечная колдунья,Начертит Ночь волшебный круг;В огнях луны и в тьме безлуньяИх стебли оживают вдруг.
И, как уста, открыв глубиныСвоих багряных лепестков,Цветы с полей, цветы с куртиныСогласно тянутся на зов.
Дыша любовью и изменой,Цветок впивается в другойИ сладко падает, как пеной,Обрызган утренней росой.
Июль 1906
Призрак неизбежный
Триолеты
Твой лик, загадочный и нежный,Как отраженье в глубине,Склонился медленно ко мне.Твой лик, загадочный и нежный,Возник в моем тревожном сне.Встречаю призрак неизбежный:Твой лик загадочный и нежный,Как отраженье в глубине.
Твои уста, как уголь жгучий,Язвят мне очи, плечи, грудь,И сладко мне в огне тонуть.Твои уста – как уголь жгучий!..Мой сон! полней и ярче будь,Томи меня, пали и мучай!Твои уста, как уголь жгучий,Язвят мне очи, плечи, грудь.
Неспешный ужас сладострастья,Как смертный холод лезвия,Вбирает жадно жизнь моя.Неспешный ужас сладострастьяРастет, как бури шум, – и яБлагословляю стоном счастьяНеспешный ужас сладострастья,Как смертный холод лезвия.
1908
В потоке
Я был простерт, я был как мертвый. Ты богомольнымируками мой стан безвольный обвила,Ты распаленными устами мне грудь и плечи, лоб и губы,как красным углем, обожгла.
И, множа странные соблазны, меняя лик многообразный,в меня впиваясь сотней жал,Дух непокорный с башни черной ты сорвала рукойупорной и с ним низринулась в провал.
В бессильи падая, лишь крылья я видел над собой —да алый, от свежей крови влажный, рот.И скалы повторяли крики, и чьи-то побледнели лики,и пали мы в водоворот.