— А это кухня, — счел нужным пояснить риелтор.
Ломакс нашел глазами переговорное устройство. Ким, раскрасневшаяся от жары, стояла рядом со стеклянной дверью, словно пес, желающий чтобы его поскорее выпустили наружу. Риелтор порылся в кармане и наконец открыл дверь. Снаружи тянулась низкая стена, ограждающая дом от пустыни. Когда-то здесь была лужайка, но сейчас трава побурела от солнца.
— Она может отрасти, если вы будете поливать ее, иногда такое случается, даже удивительно, — заметил Артур Драхман.
Ломакс, однако, не сомневался, что траву уже не оживить.
— Компания П. К. Прина оказывает услуги по уборке и озеленению. Люди выезжают, наши сотрудники приезжают, и когда клиенты вроде вас приходят смотреть дом, он вычищен, а лужайки зеленеют. Так гораздо лучше. К сожалению, те, кто продал нам этот дом, не воспользовались нашими услугами. Они в спешке уехали на восток. Развелись.
Ким вышла во дворик и уставилась на мертвую траву.
— Разводы поддерживают риелторский бизнес, — сказал Ломаксу Артур Драхман. — Временами чувствуешь себя злодеем.
Пока Ломакс бродил по дому, Ким задавала вопросы о кухне. После Фоксов здесь жили две семьи. Две несчастные семьи, намекнула миссис Найт.
Ломакс обнаружил спальню, которую Льюис и Вики построили для себя.
В спальне был чулан. По следам, оставленным на стенах некогда висевшими там зеркалами, Ломакс догадался, что зеркала располагались так, чтобы смотревший мог видеть себя со всех сторон. Он вспомнил чулан с такими же зеркалами в доме Джулии. Там, разглядывая себя в зеркалах, Ломакс испытывал неловкость.
Как и из кухни, из спальни во двор вела стеклянная дверь. В домах, где детям открыт вход в родительскую спальню, такие двери должны стоять широко распахнутыми, чтобы малыши могли бегать туда и обратно с грязными ногами и ломаными игрушками. Ломакс внимательно всмотрелся во двор через грязное стекло. Участок двора был огорожен. Эту спальню родители делали только для себя.
Когда Ломакс включил в ванной свет, под потолком с перерывами заработал вентилятор. Здесь было так мрачно, что Ломакс поспешил повернуть выключатель, и свет постепенно начал гаснуть.
Комната без окон была отделана черным камнем, но прежде всего в глаза Ломаксу бросилась ванна, с претензией размещенная в центре. В такой ванне поместились бы несколько человек. Краны были выполнены в виде русалок. Их круглые груди вызывающе торчали. Ломакс решил, что ванна предназначалась для взрослых игр. Вряд ли Льюис и Вики купали в ней детей. Они строили этот дом, надеясь, что смогут отделить супружеские отношения от прочей жизни. Ломакс покачал головой и выключил свет. Ванная показалась ему безвкусной.
Он нашел комнату Гейл, а затем и Ричарда. Комнату Гейл когда-то выкрасили в бледно-розовый цвет. За прошедшие годы гвозди и липкая лента уничтожили часть краски. Комната была обращена на восток. Наверное, каждое утро Гейл будили солнечные лучи. Далекие горы в эту пору суток казались розовыми, но Ломакс хорошо знал горы и понимал, что временами они могут быть голубыми, черными или даже серыми. Сегодня от жары горы казались окутанными туманной дымкой. Ясным утром в пустыне горы должны выглядеть двухмерными, словно кто-то вырезал их из вощеной бумаги.
Были еще две комнаты. Одна из них, вероятно, предназначалась для детских игр. В ней можно было разместить даже теннисный стол. В гостиной располагался выполненный в старинном духе камин, в климате Аризоны предназначенный скорее всего просто для украшения. Льюис и Вики приехали сюда со Среднего Запада. Наверное, они думали, что зимой будут закрывать окна занавесками и сидеть у огня — снаружи валит снег, а внутри пахнет дымком.
Из гостиной был виден город. Днем этот вид не вызывал особенного интереса, но вечером городские огни смотрелись очень красиво, как уверяла миссис Найт. Ломакс с трудом представлял себе семью Фоксов за столом. Он напомнил себе, что по дому нельзя судить о том, что в нем происходило на самом деле, а только о том, каким задумали его когда-то Вики и Льюис.
Они думали, что иногда дети будут тихо сидеть у огня, а их шумные игры в большой игровой комнате никому не помешают. Вики приготовит обед и вызовет семью по переговорному устройству. Семья усядется за стол и будет любоваться огнями города. Ночью, когда дети уснут, их родители займутся своими играми. Так Фоксы задумывали жизнь в новом доме, и когда Вики рассказывала Ломаксу о жизни в Аризоне, она описывала фантазии, ради которых и строился этот дом. Ей бы очень хотелось, чтобы эти фантазии стали реальностью.