Они оделись и отправились в путешествие по окрестностям. Дорога петляла, поднималась вверх и спускалась вниз. Они видели таблички с номерами домов, но сами дома скрывала пышная летняя листва. Других машин на дороге не было. Время от времени они останавливались, выходили и звали Депьюти. Пару раз собаки лаяли в ответ, но это был чужой лай. Они ехали все дальше, иногда в просветах виднелись темные склоны приближающихся гор.
Им встретилась машина, и Ломакс свернул в сторону, чтобы разъехаться на узкой дороге. Фары осветили лицо Джулии, и Ломакс с удивлением увидел, что она плачет. Он остановил машину и в темноте внимательно посмотрел на нее.
— И давно ты плачешь? — спросил он, обнимая ее за плечи.
Джулия не отвечала. Слезы текли по лицу. Где она научилась так беззвучно плакать?
— С Депьюти все будет в порядке. Он такой проныра. Хитрющий пес.
Чтобы развеселить Джулию, Ломакс скорчил гримасу. В ответ Джулия зарыдала. Ломакс вспомнил, как в этой же самой машине плакала Ким. Она плакала из-за Джулии.
— Ты думаешь о суде? — мягко спросил он.
Джулия покачала головой.
— Скажи что-нибудь.
— Я уже проезжала по этой дороге, — наконец хрипло сказала Джулия.
— Правда?
— Я узнала табличку. Там позади, дом называется «Майский куст». А внизу они написали: «Всегда в продаже котята».
— А кто там живет?
— Не знаю. Я просто вспомнила надпись, а когда вспомнила надпись, то вспомнила эту дорогу, а когда вспомнила дорогу, вспомнила…
Ломакс ждал окончания фразы. Он догадался, что скажет Джулия. Память о Льюисе была такой живой для нее. Она рыдала над Льюисом, и Ломакс должен был пожалеть ее. То, как Джулия говорила о Льюисе, ее тон, исполненный нежности, всегда вызывал его ревность. Он мог бороться с этим чувством, только вспоминая искаженное лицо и изогнутое тело Льюиса на полицейском снимке — дешевый в общем-то трюк.
— Я вспомнила, что последний раз ехала по этой дороге и тоже искала.
— Кого?
— Льюиса, — ответила Джулия. — Я искала Льюиса.
Она закрыла лицо руками, и тело ее содрогнулось от рыданий. Ломакс вспомнил, как недавно содрогались тела троих адвокатов. Только те смеялись.
— Зачем ты искала Льюиса?
— Я думала, он у женщины, которая живет здесь.
Ломакс обнял ее за плечи.
— Я знала, что у него есть связь. Я обнаружила адрес. Это где-то здесь. Однажды вечером, когда он не пришел домой, я решила поехать к этому дому и посмотреть, стоит ли рядом его машина. Я бы не смогла сделать ничего больше. Например, позвонить у двери. Просто хотела посмотреть, здесь ли он.
— И что?
Рыдания перешли в смех.
— Я даже не смогла найти этот дом! Часами я петляла по дороге, пока у меня почти не закончился бензин, и я вынуждена была поехать домой. Льюис на это и рассчитывал. Он считал, что я ни на что не способна.
На последнем слове голос прервался. Ломакс пытался вытереть слезы Джулии, но они текли не переставая.
— Ты не была счастлива с ним, — сказал Ломакс.
Она покачала головой:
— Он ни капельки не любил меня, Ломакс.
— Не может быть.
— Но это правда. Я не хочу, чтобы люди узнали об этом. Только ты.
— В «Сэш Смит» знали, что у него были связи.
Джулия освободила руку и впервые повернулась к Ломаксу. Глаза были мокрыми, на нижнем веке блестела слеза.
— Знали?
— Он не особенно скрывал.
— Боже!..
— Джулия, я встречался с одной из этих женщин, — сказал Ломакс. — Я встречался с Джерри Хегарти в одном месте, которое Льюис называл клубом.
Ломакс заметил, что Джулия вздрогнула.
— Ты знала о клубе? — спросил он.
— Я никогда там не была. А Льюис бывал часто, но никогда не брал меня с собой.
— Ну вот, там он и встречался с ней.
Ломакс ощутил удовлетворение, сказав Джулии про клуб. Ему не хотелось скрывать от нее правду об Элис. Джулия внимательно смотрела на него.
— Не думаю, что она может быть причастна к убийству. Она просто… — Ломакс сглотнул. Он не хотел причинять Джулии боль. — Она всего лишь маленькая девочка.
Джулия опустила глаза.
— Как ее зовут? — прошептала она.
— Элис. Не особенно интересная. Не понимаю, зачем он… то есть это невероятно. Когда у него была такая жена, как ты…
— Элис, — медленно повторила Джулия. — Интересно, какой она была по счету.
— Не последней.
— Не последней?
Ломакс рисковал снова причинить Джулии боль.
— Если какая-нибудь из этих девушек и причастна к убийству, то, вероятно, самая последняя. Хорошенькая брюнетка, тоже весьма юная. Элис видела их в клубе прошлым летом. Может быть, это та самая женщина, чей адрес ты нашла?