Вечеринка оказалась шумной. Много танцевали и смеялись. Никто не спорил и не ругался, но все говорили громко. Маленькие компании, которые датчанин снабжал самокрутками, увлеченно внимали длинным анекдотам и почти рыдали от смеха. Макмэхон о чем-то тихо беседовал с одной из женщин-гидов. Добермен, Мадлен и парочка итальянцев смотрели видеофильм, снятый Доберменом на Фахосе. Пьяный Добермен раз за разом прокручивал одно и то же, призывая всех смотреть. Ночь выдалась теплой. Время от времени Ломакс ощущал нежный и резкий запах духов то в кухне, то на веранде.
Йорген оттащил Ломакса в сторонку и стал рассказывать о своем будущем проекте. Его попросили набрать команду для исследования сверхновых, и шведу хотелось обсудить эту идею. Ломакс с удовольствием углубился в астрономические проблемы. Ему нравилось, что кто-то интересуется его мнением. Ломакс загорелся. Он даже забыл посмотреть, с кем разговаривает Джулия.
— Проект базируется в Колорадо. Я весьма надеюсь, что, когда ваши сегодняшние трудности разрешатся, вы вернетесь в обсерваторию поближе к детям и вашему превосходному дому. Но если нет, мы обсудим вопрос вашего участия. Я определенно буду рад работать с вами, — заявил он, и Ломакс поблагодарил.
В ногах появилась странная слабость. Сначала Ломакс решил, что пьян, но потом понял, что это чувство облегчения. Он посмотрел на Джулию, желая рассказать ей о предложении Йоргена, но она углубилась в разговор с Евгением.
Наблюдая за гостями, Ломакс понял, что в обсерватории образовалась новая группировка во главе с Доберменом. Даже Ким относилась к нему гораздо более терпимо, чем раньше. Никто не намекнул Добермену, что он прокрутил свой фильм уже достаточное количество раз, да и сюжет его довольно банален. По мнению Ломакса, люди смеялись над шутками Добермена громче, чем они того заслуживали.
Ломакс натолкнулся на Добермена в ванной. Добермен покачнулся.
— Вы понимаете, — начал он, — я не должен говорить вам об этом. Но что-то подсказывает мне, что вы вернетесь в сентябре. Что-то подсказывает мне, что я смогу помочь вам.
Ломаксу не понравилось самомнение Добермена.
— А как же профессор Берлинз? — спросил он. — Я надеюсь, что он тоже вернется.
Добермен скорчил загадочную гримасу и присоединился к остальным.
На кухне разглагольствовала Ким. Напечатали фотографии, которые она сделала в Аризоне, и Ким привезла их, чтобы показать Ломаксу. Она вертела снимки перед собравшимися. Некоторые фотографии плавали на залитом пивом столе.
— Это просто фантастика, — рассказывала она, — я чуть не плакала. Мы рассматривали рисунки, на которых люди, жившие в тринадцатом веке, занимаются оральным сексом. Вы можете себе представить, что в тринадцатом веке они знали про минет? Я-то думала, его изобрели году в шестьдесят девятом. Понимаете? В шестьдесят девятом! — Она смеялась до слез. — Господи, какой это был отпуск!
Видимо, Ким начисто забыла о рисунках, на которых изображалось полное затмение, или, возможно, приберегала информацию для Эй-би-си. Ломакс решил, что скорее всего просто забыла.
Внезапно Ким спросила:
— Ломакс, где Депьюти?
Ломакс сказал, что пес пропал, и Ким залилась слезами. Евгений увел ее. Джулия, которая весь вечер делала вид, что не замечает Ломакса, наконец-то заговорила с ним:
— Тебя беспокоит его исчезновение?
Ломакс кивнул. Он хотел, чтобы Джулия пожалела его, но она прикусила губу и тут же стала такой беззащитной, что Ломакс забыл про себя и всерьез забеспокоился о ней.
— Это я виновата, — сказала Джулия. — Я забыла закрыть дверь.
— Нет.
Они остались в кухне одни. Сильно пахло пивом. Ломакс придвинулся к ней, но Джулия отстранилась:
— Ломакс, мы должны быть осторожны.
Она начала собирать со стола остатки пиццы.
Ломакс поднял стопку фотографий.
— А ты помнишь пещерную живопись недалеко от озера Лайфбелт? — спросил он.
Ему захотелось рассказать Джулии, как возбудил его один из рисунков, стоило ему только подумать о ней.
— Я не видела никаких рисунков.
— Не может быть.
— Правда.
— Их все видели. Ты была там с Льюисом.
Джулия как-то странно посмотрела на Ломакса:
— Льюис ездил смотреть рисунки вместе с Гейл. А я оставалась в домике. В тот отпуск я почти не выходила оттуда.
Ломакс почесал голову. Он понимал, что достаточно пьян.
— Льюис и Гейл… — повторил он.
— Мы с Льюисом тогда поссорились. Он катался по озеру вместе с Гейл и осматривал с ней достопримечательности. А я оставалась дома. Там был такой гамак…
— Ты! — проревел он. Глаза Джулии расширились. — Так это ты качалась в гамаке! А они гуляли вдвоем!