— Если обвинение хочет доказать, что она застрелила их, им нужны свидетельства, которые защита не сможет опровергнуть, — согласился Макмэхон.
— Когда-то я собирался стать судебным экспертом, — заметил Добермен.
— Очень интересная профессия, — согласился Евгений.
— А затем получил место в Корнеллском университете. До сегодняшнего дня я и не вспоминал об этом. Глядя на этих ребят, я пожалел, что не стал экспертом. Детальное изучение предмета, различные теории, выводы. Хочу сказать, это не слишком отличается от нашей работы.
Все согласились с ним. Только Добермен, подумал Ломакс, мог сравнить анализ чудовищных преступлений с изучением Вселенной.
— Скажите-ка мне, — обратился Евгений к Ломаксу, — красотка с рыжими волосами и зелеными глазами — она замужем?
— Френсис? Да, замужем.
Евгений пожал плечами, давая понять, что для него это не помеха. Он доел рогалик и принялся облизывать пальцы.
— Послушайте, — начал Макмэхон, кивая вслед Йоргену и Элисон, которые отправились на поиски мороженого для всей компании, — кто бы мог подумать!
— Что подумать?
— Вы хорошо ее знаете?
— Встречал пару раз. Она работает с Кэндис. Хотела посмотреть в телескоп.
— В телескоп Йоргена, хотите вы сказать.
— Что?
Мужчины придвинулись поближе.
— Недавно она оседлала Фахос. Затем появилась еще несколько раз. Вчера снова пришла. А сегодня она с нами целое утро… — сказал Макмэхон.
— И кроме того, — вставил Добермен, — клянусь, они не всю ночь наблюдали за небом.
— Встречаются в кафетерии. Не слишком романтично, но любовь зарождается иногда в самых неожиданных местах, — невозмутимо добавил Евгений. — Однажды я нашел свою любовь прямо на эскалаторе метро.
Две девушки в обтягивающих джинсах и коротких топиках прошли мимо. Мужчины проводили их взглядами.
— На эскалаторе? — спросил Добермен. — В подземке?
— Разумеется.
Добермен заинтересовался:
— Поднимались наверх?
— Я поднимался, она спускалась. Глаза наши встретились… право же, эскалаторы — весьма сексуальная штука. Наверное, именно сексуальная энергия заставляет их двигаться. Все разглядывают друг друга, точно зная, что в следующее мгновение проедут мимо. Но от меня так просто не уедешь. Женя своего не упустит.
Все зашумели, желая услышать продолжение, и когда Йорген и Элисон возвратились с холодными руками и холодным мороженым, Евгений был уже на середине весьма запутанной истории. Ломакс посмотрел на белокурые волосы и спортивную фигуру Йоргена. Он улыбался сам себе. Ломакс заподозрил, что Йорген, должно быть, пахнет весьма приятно.
— Разве вас не раздражает запах комнаты для заседаний? — спросил Ломакс у Элисон.
Они шли через парк чуть позади остальных. Впереди Евгений еще продолжал рассказывать свою историю.
— Ваши коллеги сказали, что хотят поддержать Джулию, вот я и пришла вместе с ними, — ответила она.
Элисон казалась расслабленной и спокойной.
— Вы встречали Джулию в обсерватории?
— Да. Я с трудом вынесла ее запах.
— Но Джулия пахнет так приятно! — возмутился Ломакс.
— Мылом и духами. Причем в огромном количестве.
— Джулия? Духами?
Элисон-Нос снова улыбнулась:
— Ну, по крайней мере в ту ночь, что я провела в обсерватории.
Йорген, который отходил, чтобы выбросить обертки от мороженого, вернулся и пошел рядом с Элисон.
— Я должен поблагодарить вас, Ломакс, — сказал он, весь сияя, что было так не похоже на прежнего Йоргена, — за то, что привели Элисон в обсерваторию.
— Не стоит благодарности, — ответил Ломакс.
Он позавидовал Йоргену и Элисон. Как, должно быть, легко им — вот так случайно встретиться и постепенно узнавать друг друга. И никаких полицейских, адвокатов и судов.
После яркого солнечного света комната для заседаний показалась мрачной. Де Мария вызвал следующего свидетеля — баллистика. Этот эксперт не походил на спокойных и уверенных в своем профессионализме коллег. Он весь горел энтузиазмом. Свидетель говорил так быстро и с таким воодушевлением, что судья не раз просила его остановиться и повторить сказанное. Эксперт описывал оружие, место, где стоял убийца, объяснял, что второй раз убийца стрелял практически в упор.
— Зачем? — поинтересовался Мортон де Мария.
— Кто знает, кто разберет, кто может забраться в мозг убийцы? — протараторил свидетель.
— Патологоанатом уже объяснил суду, что первый выстрел наверняка убил Гейл. Как вы считаете, второй был произведен из мести? Убийца ненавидел жертву?