— Это очень простое в обращении оружие. Что и привлекает новичков. Для профессионала «смит-вессон» не самый лучший выбор.
— Но из него тоже можно убивать. Вы уверены, что использовать такое оружие мог только любитель?
— Нет, не совсем. Чтобы использовать именно это оружие, у убийцы могло найтись множество причин — откуда мне знать каких?
— Благодарю вас, мистер Барзила.
На сей раз Марджори не стала ждать Ломакса у двери зала. Он пробрался сквозь толпу и схватил девушку за руку, когда та уже выходила из здания суда.
— Почему вы не подошли ко мне в перерыве? — спросил он.
— Не хотела мешать.
— Это мои коллеги из обсерватории. Они были бы рады познакомиться с вами.
Девушка пожала плечами. Ломакс видел, что она колеблется.
— Куда вы идете?
— В «Сэш Смит». У меня ужасное предчувствие, что сегодняшнюю ночь я проведу в поисках «кольта» 45-го калибра.
Марджори заспешила вниз по ступенькам. Ломакс смотрел ей вслед. Ей не удастся испортить ему настроение. За целый день присяжные не услышали ничего, что доказывало бы виновность Джулии.
ГЛАВА 30
На следующий день свидетельское кресло первым занял Джерри Хегарти. Он заметно нервничал и постоянно поправлял запонки. Перед тем как произнести слова присяги, Джерри закашлялся. Он никак не показал, что узнал Ломакса. Сначала Джерри не смотрел на Джулию, однако, поймав ее взгляд, широко улыбнулся, что не ускользнуло от внимания присяжных. Несмотря на то что Джерри был вызван в суд стороной обвинения, он без лишних слов давал понять — Джулия не убивала его друга. Ломаксу показалось, что боль в животе, с которой он просыпался теперь каждое утро, на время утихла.
Мортон де Мария спросил имя, род занятий Джерри Хегарти, давно ли он знаком с Льюисом Фоксом. Его интересовало, как часто они встречались и какой характер носила их дружба.
— Мистер Хегарти, присяжные почти не слышат вас, — заметила судья, — да и, откровенно говоря, я тоже.
Хегарти извинился. Некоторое время он старался говорить громко, а затем голос вернулся к обычной для него мягкости. В зале стало тихо — зрители прислушивались.
— Как вы считаете, ваш близкий друг Льюис Фокс был счастлив в браке? — спросил де Мария.
— Протестую.
— Принимается.
— Льюис Фокс обсуждал с вами свой брак?
— Редко.
— Совсем не обсуждал?
— Почти.
— И все-таки что же он говорил?
— Он давал понять, что очень любит жену, — сказал Хегарти, взглянув на Джулию.
Та склонила голову. Две пожилые женщины-присяжные улыбнулись ей. Марджори обняла Джулию. Курт положил ей руку на плечо. Ломакс видел, что спина Джулии содрогается, — он понял, что она беззвучно плачет. Некоторые присяжные тоже заметили это. Как показалось Ломаксу, они смотрели на Джулию с приязнью и добротой.
— Он говорил, что любит ее?
— Да, и не раз.
— Он был верным мужем?
— Протестую!
Судья повернулась к Френсис:
— Ваши основания, советник?
— Моей клиентке довелось пережить тяжелые испытания, а сейчас обвинитель без всякой необходимости расстраивает ее еще больше. Свидетель заявил, что Льюис Фокс любил жену и часто говорил ему об этом. Его верность не имеет отношения к данному делу.
— Ваша честь, — возразил де Мария, — мне не хотелось бы лишний раз расстраивать миссис Фокс, но она обвиняется в убийстве, поэтому присяжным важно знать все факты, даже если это ей неприятно.
Судья задумалась. Посмотрела на плачущую Джулию. В зале повисло молчание. По скамье, где сидели репортеры, словно прошелестел неожиданный порыв ветра — все репортеры подались вперед.
— Стороны, прошу вас подойти, — наконец промолвила судья.
Де Мария и Френсис подошли к судейскому подиуму. Судья Олмстед наклонилась к ним. Они шепотом обсуждали что-то. Ломакс ничего не слышал. Наверное, разговор могли слышать присяжные. По всему залу зрители приглушенными голосами обменивались впечатлениями. Ломакс гадал, о чем они говорят. Наконец стороны вернулись на свои места. На лице Френсис застыло покорное выражение. Она что-то коротко сказала Джулии. Де Мария занял позицию напротив свидетельского места.
— Я считаю, — сказала судья, — что обвинение может развить тему. Однако впоследствии обвинитель должен доказать, что это действительно необходимо.
Ломаксу показалось, что зал замер. Мортон де Мария повернулся к Джерри Хегарти:
— Был ли Льюис Фокс верным мужем?
— У меня есть основания предполагать, что он спал с другими женщинами, — мягко ответил Хегарти. Затем еще более тихо добавил: — Как многие любящие мужья.