Слезы рекой лились по лицу.
— Может быть, посидишь здесь немного?
— Не буду.
Они направились к дому. Ким шмыгала носом. Лицо ее было мокрым, глаза — красные. Мужчина, который продавал билеты, с недоумением уставился на Ким, затем вопросительно посмотрел на Ломакса.
— Все в порядке? — спросил он.
— В порядке, — ответила Ким.
Мужчина обратился к Ломаксу:
— Экскурсия только началась. Ступайте прямо в эту дверь, и вы нагоните их.
Гид уже завел свою говорильню. Когда Ким и Ломакс вошли в мрачную комнату, он остановился. Затем гид продолжил, но внезапно был прерван жутким ведьминым завыванием. Ломакс уже решил было, что это часть аттракциона, и вдруг до него дошло, что звук исходит от Ким. Гид снова остановился. Экскурсанты повернулись к ним. Ким попыталась извиниться, но слова потонули в слезах.
Ломакс вывел ее через заднюю дверь.
— Я же говорил вам, что с ней не все в порядке, — заметил кассир.
— Пожалуйста, перестань плакать, — умолял Ломакс.
— Я и не плачу.
Они снова залезли в машину. Пес поглядывал на них.
— Чего ты так расстроилась?
— Просто я знаю, что ты не можешь справиться с этим, — отвечала Ким. — Ты не виноват. Ты одурманен ею.
Сказано было резко.
— Я просто влюбился. Это называется быть одурманенным?
Ким не обратила на его слова внимания:
— Ты одурманен настолько, что решил проехать сотни миль через всю Америку, чтобы подтвердить свою догадку, которая может помочь ей. Думаешь, кукла Барби сделала бы для тебя то же самое?
Ломакс помедлил.
— Нет, — признался он. — Но она попала в беду, и…
— И это все, что она умеет? Выглядеть беспомощной? И парни тут же встают по струнке и перекладывают ее заботы на себя?
— Она вовсе не перекладывает свои заботы. Это ты перекладываешь. У меня выдалось свободное лето, и я решил помочь Джулии тоже стать свободной. Думаешь, мне не хотелось бы сейчас наблюдать за небом, сидя в теплом свитере в обсерватории?
Напоминание о роли, которую она сыграла в изгнании Ломакса из обсерватории, отрезвило Ким.
— Если бы ты смог разглядеть ее, — тихо промолвила она.
— Что ты имеешь в виду?
— Она изображает из себя маленькую девочку, а ты… ты клюнул на эту удочку.
— Ничего она не изображает. Она очень умна.
— Ну вот, опять за свое. Говорю же, ты одурманен.
— У Джулии была очень тяжелая жизнь. Мать умерла. Отец… ну, как бы то ни было, он тоже умер…
— А она вышла замуж за преуспевающего адвоката. Да уж, не повезло.
— А теперь и он мертв. А ее обвиняют в его убийстве. Это ужасно.
— Почему ты так уверен, что она не убивала его?
— Брось, Ким.
— Ну ладно, ладно. Почему ты так уверен?
— Она просто не могла этого сделать.
— А ты собираешься доказать это, не так ли?
Ломакс помедлил.
— Не знаю. Но я… я попытаюсь. Если бы ты попала в такой переплет, я бы тоже помог тебе.
Впервые за долгое время Ким посмотрела на него. Глаза ее увлажнились.
— Правда?
Ломакс быстро кивнул. Ким потянулась к нему, прижалась мокрой щекой и поцеловала его. Мокрые волосы щекотали лицо. От ее поцелуя на коже осталось неприятное ощущение сырости.
— Ну хорошо, я согласна помочь, — сказала Ким.
— В чем?
— Помочь тебе разобраться в том, ради чего ты сюда приехал. Но я делаю это только для тебя, а вовсе не для куклы Барби.
За ними остановился пикап.
— О Господи… — вздохнул Ломакс.
Дети высунулись и пронзительно закричали. Ким в сопровождении собаки вышла из машины, и дети завизжали, узнав ее. Сейчас они сгрудились вокруг Ким и крохотными ручками трепали пса. Ким с трудом всучила водителю неиспользованные билеты в дом с привидениями. Потом вернулась в машину и принялась шарить в поисках конфет.
— В пустыне так легко заводить друзей. Столкнешься на дороге несколько раз — и вот уже друзья до гроба, — заметила она, снова скрываясь в толпе детей.
Дети пищали и тянулись за конфетами. Пес возбужденно лаял. Туристическая группа, которую Ким и Ломакс оставили на пороге дома с привидениями, снова вернулась к свету дня. Туристы внимательно разглядывали Ким, собаку и детей.
Ломакс не рассказал Ким, что его помощь была незваной и Френсис вовсе не одобряет его любительского вмешательства в расследование дела Джулии.
— Я пытаюсь выяснить о Гейл все, что возможно, — объяснял он Ким вечером.
Она ела оладьи. Ким заказала клубничные, но принесли шоколадные. В конце концов она съела и те, и другие.
— Льюис развелся с Вики и бросил семью в Аризоне, когда Гейл было около десяти. Через пару лет Гейл, ее мать и брат последовали за ним в Калифорнию.