- Уехать? Тебя разыскивают, ты в курсе?
- Конечно, просто у меня вчера был веселый вечер, я обещала перезвонить одному парню, но не перезвонила…. Так бывает, знаешь ли.
- Луна, если тебе угрожают, то я помогу тебе, только скажи, ты же знаешь у меня связи, и хозяин клуба...
Я не даю ему закончить, кладу руку на плечо и целую в щеку.
-Все хорошо. Правда. Не волнуйся. Я схожу на бар, принесу выпить.
Дефилирую между людьми и нелюдями, заполнившими пространство. Паранойя одолевает меня, мне кажется, что они иначе смотрят на меня, чувствуют мой запах, шепчутся, когда я иду мимо. Мне кажется, что они знают обо мне все, читают мои мысли, я закрываю волосами сторону укуса и проскальзываю обратно на диван, прихватив высокий холодный стакан с цветным коктейлем.
Лёгкие заполняются липким и холодным дымом, то ли клубника, то ли вишня... Что - то очень сладкое, я выдыхаю белое облако и делаю пару глотков.
Гипервентиляция - наверное это суть кальяна. Я даже представляю как мои лёгкие заполняет углекислый газ и липкая смола...
Когда мало кислорода, то тело как полупроводник... просыпаются фонари и открывают свои жёлтые глаза. Привет, город.
- Итак, новые документы? И куда ты потом?
Дэни волнуется за меня, это видно. Стараюсь не подавать вид испуганной или загнанной в угол, просто расслабленно наблюдаю за происходящим в клубе. Диджей ставит микс из «Богемской рапсодии», я непроизвольно поворачиваю голову — знаю одного, кто любит эту песню. Сказала бы, что он человек, но нет, не получится. В нашем обществе привыкли всех именовать людьми, но когда мир раскололся на людей и «иных», стало сложнее с определениями. Животными их не назвать-слишком оскорбительно и для высших. Именовать их так., как задумала природа-по их видовой принадлежности, вот что остается. Лерой, это слово наводит страх на людей уже несколько тысячелетий. И если раньше это были просто страшные сказки- сейчас это сказка-явь. Они даже привествуют своих высших так, - «vive Le Roi».
- Подальше отсюда. Я обязательно пришлю тебе адрес. Просто сейчас мне нужно побыть в тени.
Друг берет меня за руку, и накрывает мою ладонь своей.
- Обещай мне, что ты не вляпаешься ни в какое дерьмо. Уж я -то тебя знаю.
Он смотрит мне прямо в глаза, и я сдавленно сглатываю, пытаясь прогнать напряжение. Врать близким не получается, но что я ему скажу? Что меня вчера чуть не убили, и я волшебным образом выжила? Что теперь мои раны затягиваются сами собой? Что я совершенно не понимаю, что в моей жизни, мать его, происходит?
- Дэн, мне надо кое-что тебе рассказать. Я скоро вернусь.
Не хочу чтобы он влип из-за меня в неприятности, раз уж я заварила эту кашу, что буду расхлебывать ее сама.
Спускаюсь по ступенькам в женский туалет, подсвеченный розовыми неоновыми лампами. Интерьерчик здесь такой же, как наверху- подсветка, обитые черным кафелем под каретную стяжку стены, огромные зеркала в рамах, в общем все дорого, под барокко, чтобы было видно сразу, сколько вбухали денег в это заведение. Пару минут просто пялюсь в зеркало. «Ты выглядишь жалко, посмотри на себя. Как загнанное в угол животное». Открываю кран с прохладной водой и слегка касаюсь влажными пальцами лба, чтобы остудить разум. Вода стекает в слив как маленький водоворотик, вот бы он унес с собой все мои проблемы и я проснулась завтра где-нибудь на краю мира с новым именем и с осознанием, что все произошедшее вчера был просто дурной сон.
Неро...он не выходит из моей головы, не отпускает меня, воспоминания накатывают с новой силой, заставляя меня краснеть, пульс учащается, и низ живота сводят легкие спазмы. Нет, нет....судорожно мотаю головой. Как можно питать хоть какие-то чувства, кроме ненависти и отвращения к тому, кто фактически убил тебя, оставив умирать в горящем автомобиле? Еще вчера, я так отчаянно цеплялась за него, как за то, что могло спасти меня, но я крупно просчиталась. Только глупец может доверится зверю. Он всегда будет первым, кто забьет гвоздь в крышку моего гроба... Но здравый смысл, тут, кажется, не имеет права голоса.