И хоть он и заверил её, что того стэнд-апа, что он устроил недавно ему вполне хватило, чтобы утолить свою жажду мести. Но Пелагея ему совершенно не верила.
Её до сих пор обижало, что он пришёл, нагрубил ей и напрочь испортил всё настроение. А потом пришёл извиняться, типа бес попутал, такого больше не повторится!
Повторится, и ещё как! -полагала Пелагея. В первое время она испытывала сильный страх. Боялась, что он сейчас прилетит, пустит в неё молнию, и всё, прощай Пелагея; здравствуй, загробный мир!
Но сейчас она более-менее если и не преодолела свой страх, но на время его заглушило.
Мухтар прав, Леон не как его чокнутая мамаша и не станет истреблять оборотней направо и налево, ибо дорожит своим правом быть паладином.
Но легче Пелагее от этого не становилось. Ведь убить можно не только физически, но и морально. А от этого , к сожалению, страховка в виде перемирия между паладинами и оборотнями, не защищает. А жаль...
Пелагея продолжала с грустью и ненавистью писать ему о том, чтобы он навсегда оставил её в покое, ибо чёртова робость мешала ей произнести те самые слова, что заставили бы его перестать прилетать в Битцевский лесопарк.
В это время Пелагея ходила злая и нервная, будто бы при ПМС. Не сколько из-за проклятого паладина, сколько из-за полнолуния, которое опять заставит волчице взять над нею шефство, а саму её отправить далеко, в задворки сознания.
При виде её физиономии молодые волчата шарахались, как от прокажённой и испуганно жались от её грозного вида. И не только волчатся волчата...
Пелагея долго думала, как начать, а затем, всё же решившись, написала:
"Дорогой Лион"
("Хотя какой к чёрту дорогой? -думала она-просто Леон")
"Леон!
Я понимаю тебе типа стыдно за то что ты мне наговорил, и ты хочешь извиниться.
Ты нагрубил мне и обидил меня. И как бы я не хотела, я, всё равно не могу просить тебя.
Поэтому перестань меня нервировать!
Я прошу не прилетать больше ко мне и не писать мне писем.
И вообще, забудь про меня. Я не хочу тебя видеть!!! "
Прочитав письмо, она разорвала его на кусочки и нервно ударила рукой по столу, отчего тот зашатался
-Ненавижу полнолуние! - выкрикнула она со злостью
Инга в ответ странно на неё посмотрела
-Ты это, мать, успокойся -немного испуганно произнесла Инга, подходя ближе к Пелагее-Не психуй! Выпей валерьяночки, если совсем хреново
В ответ, Пелагея ещё больше разбуянилась, будто кастртрованный кот в марте.
-Засунь свою валерьянку в ...! -выкрикнула она
-А полнолуние-то тебе чём не угодило? - спросила она
-Дело не в полнолуние -раздражённо ответила Пелагея, которая уже находилась на грани истерики
- Дело-не-в-полнолунии! Дело-в-этом-чёртовом-паладине!-членораздельно выкрикнула Пелагея -Ненавижу его!
-В чём-то ты права, подруга- согласилась с ней Инга, нежно гладя её по голове-Он тебе не пара. Хотя если честно, он очень даже ничего...
-Задолбал! Нервов никаких не хватает! -продолжала кричать Пелагея-Даже прощальное письмо толком написать не могу у- у- у! - завыла она, а затем не выдержала и заплакала в неистовом плаче
Инга утешала её как могла, та пррдолжала дёргаться в нервном припадке. В последнее время такие припадки случались у неё довольно часто. Инга привела бы её к какому-нибудь психотерапевту, но разве её удержишь?
Где-то через полчаса, Пелагея кое-как успокоилась. Глаза её стали наливаться тяжестью, пока она и вовсе не уснула.
Инга положила её на кровать, а затем, заразительно зевнув, легла на соседнюю
-Надо бы и мне вздремнуть. Ну ночка вчера была- а- а. . .
***
Пелагея проснулась от неясного крика и... уже волчицей.
Это было у неё впервые-чтобы уснуть человеком и проснуться волчицей.
Видимо, сознание волчицы, не смея сопротивляться сильному давлению полной луны, самообратилось прямо во сне, даже не спросив мнение самой Пелагеи: хочет ли та этого.
С каждым днём рыжая волчица становится всё своевольней и своевольней. И когда-нибудь может настать тот день, вернее ночь, когда волчица вообще будет обращаться только когда хочет она сама, а не её хозяйка.
Освободившись от вороха трепья волчица выпрыгнула в окно
-Стой ты куда-послышался позади голос только что проснувшейся Инги
Но рыжая волчица не ответила ей, и не стала бы это делать, даже если бы она могла говорить
Волчица опрометью бросилась в лес
Шорох листья под её лапами разбавлял ночную тишину, вкупе с гарканьем норон и у ханьем сов.
Полная луна, ярко светившая над небом, будто Око Саурона, освещала ей путь. Хотя и не просто её разглядеть в кронах деревьев.