– Иначе мне придётся увезти вас, бабушка, очень далеко отсюда, туда, где очень темно и холодно и откуда ещё никто не возвращался.
Мигелина в ужасе попросила Тулио срочно приехать. Тулио примчался тут же.
– Я совсем одна, у меня никого нет, и меня некому защитить. Ко мне приходил этот страшный человек Мануэл Бешига, заберите меня отсюда.
– Конечно, конечно, дона Мигелина. Но почему он страшный? Он просто мелкий жулик.
– Нет, он страшный, он убил моего сына, я уверена, что это он его убил, он хочет знать адрес Диего. У меня плохое предчувствие.
В этот же день Тулио забрал Мигелину из приюта Сан-Игнасио и перевёз её к Женуине.
ГЛАВА 39
Женуина уложила старушку в гостиной.
– По-моему, вы очень волнуетесь… Успокойтесь, что бы там ни было, Тулио найдёт какой-нибудь выход, если он взялся за это дело.
– Жену, дона Мигелина, наверное, устала, проводи её в спальню, пусть она немного вздремнёт.
– Хорошо… Ложитесь на кровать Мерседес. Вы помните Мерседес?
– Да, – ответила слабым голосом Мигелина.
– Вам так нравились её волосы. Вы ещё говорили, что они похожи на солнечные лучи.
– Диего называл её «моя испанская куколка».
– Да, – ответила Женуина.
– Я помню, – сказала Мигелина. – Я всё помню…
– Мерседес недавно вышла замуж. Вы не хотите перекусить? Я как раз приготовила суп, он очень сытный.
– Нет, спасибо.
– Значит, вы не хотите? Хорошо. А теперь, Тулио, объясни, почему я иногда ничего не замечаю, совсем как слепая Робертона. Я и не догадывалась, что ты у меня такой Шерлок Холмс.
– Ты ошибаешься, Женуина. Дона Мигелина сама обратилась ко мне за помощью. Дело в том, что я был у неё на той неделе. Я хотел узнать, где можно найти Диего. И вдруг она мне позвонила сама, и, когда я приехал в приют, она вся тряслась от страха. У неё был Манэ Бешига. Он ей угрожал.
– Что этому подонку нужно от доны Мигелины?
– Ему нужно выяснить, где Диего.
– Где Диего? – удивилась Женуина. – С какой стати? Я понимаю тебя. Ты хочешь с ним встретиться ради нас с тобой. Но при чём тут Манэ Бешига? Зачем ему понадобился Диего?
– Я не знаю, Жену. Только я вот о чём сейчас подумал: Диего сбежал не просто так, и неспроста не подавал о себе никаких вестей всё это время.
Женуина понимала, что старушке нужно выговориться, и слушала её терпеливо. Тулио приходил и уходил, а рассказ о горькой неудавшейся жизни всё продолжался.
– Она пришла ко мне в тот же день, когда уехал Диего. Она тоже куда-то собралась.
– О ком речь идёт? – спросил Тулио.
– Не мешай, – попросила Женуина. – Значит, Диего наложил лапу на выигрыш в лотерею и оставил Эмилию с носом? – спросила она Мигелину.
Тулио замер, прислушиваясь.
– Я не понимаю таких мужчин, ведь у него была такая милая и добрая жена, что вообще она нашла в таком бабнике, как Диего?
Мигелина была в глубоком склерозе и не понимала, что приютившая её женщина и жена Диего – одно и то же лицо.
– Значит, получается, что Диего сбежал и бросил обеих?
– Да, он был большим негодяем. – Старушка уже дремала, свесив голову на грудь. – Большим негодяем, – бормотала она.
Тулио подошёл к Женуине, обнял её.
– Бедная, бедная моя Женуина. Больше о Диего ни слова! Ну что ж, звёзды стали так, что мне надо ехать в Сан-Паулу. Пожалуйста, позаботься о Мигелине, пусть она не выходит из дома и пусть никто не знает, что она здесь. Это очень важно, понимаешь? Мы никогда не должны пожалеть о том, что забрали её из приюта.
Если бы Тулио знал, насколько он был прав!
Вопреки просьбе Урбано не собирать дома людей, Эмилия пригласила Эрме и Буби. Эрме взахлёб рассказывала о том, какие прекрасные люди Лаис и Венансия, и как повезло ей, что она с ними познакомилась.
– Да, Лаис – чудесная женщина, только она могла понять, как пожилой человек будет чувствовать себя один в доме, где ему нечем заняться, – сказал не понятную никому фразу Буби.
– А по мне так лучше умереть, прежде чем состаришься! – сказала Эмилия. – Я не желаю ни от кого зависеть, тем более что, слава Богу, у меня нет детей.
– Ты не права, Эмилия, – мягко укорил её муж. – Тот, у кого есть друзья, может рассчитывать на спокойную старость. Посмотри на эту старушку Мигелину: когда ей стало совсем худо, Тулио и Жену взяли её к себе.