– Мама, давай поговорим об этом дома.
– Так значит, ты всё-таки солгал своей матери?
– Мама, поговорим потом, не здесь.
– Нет, никаких «потом», сейчас! Один раз ты меня уже обманул, и больше этот номер не пройдёт.
– Мама, не отвлекай меня от работы.
– А что, в магазине кроме тебя работать некому? Покупателями займётся кто-нибудь другой.
– Простите, сеньор Жаир, вы не позволите… мне надо отлучиться на минутку. Я поговорю и тут же вернусь. – Родриго потащил мать к выходу.
На улице он заговорил громче и нахальней,
– Не устраивай скандала, мама!
– Разве это я устраиваю скандал, Родриго?
– Говори тише.
– Я и так говорю тихо, это ты орёшь.
– Мама, я тут работаю, нечего сюда ходить.
– А мне какое дело? Я твоя мать!
– Мама, ты должна понять, нельзя являться ко мне на работу, чтоб скандалить.
– Ты говорил мне, что не будешь жить в Сан-Паулу, что съездил просто так.
– Я не говорил этого.
– Ты считаешь свою мать глухой?
– Ты просто неправильно меня поняла.
– Значит, я идиотка?
– Мама, дай мне договорить! Ты истолковала мои слова так, как тебе хотелось.
– Я ничего не истолковывала, я не словарь какой-нибудь, чтобы истолковывать.
– Флавия не уезжает, а я уезжаю. Вот тебе, правда!
– Я знаю своего сына. Ты не способен поступить так подло со своей невестой.
– Мама, но она сама уговаривает меня ехать!
– Она совсем ещё девочка и не знает жизни, но я-то знаю! Я поговорю с ней.
– Мама, я же не на край света еду.
– Она уговаривает тебя ехать, а ты скажешь ей, что не уедешь. И вы немедленно поженитесь.
– Мы решили повременить со свадьбой.
– Так не годится.
– Мама, я уезжаю, это дело решённое. Говорить тут не о чем. Тебе пора идти.
– И ты считаешь, что так всё и будет? Не рассчитывай!
– Мама, умоляю тебя, не вмешивайся!
– Я этого не допущу!
– Мама, не вмешивайся в мою жизнь! Я проживу её так, как считаю нужным… И не ходи за мной. Ты и так опозорила меня, придя в магазин.
– Я этого не допущу! – крикнула ему вслед Женуина. – Я не допущу, чтобы стали болтать, что ты ещё хуже, чем твой отец! У отца были причины скрываться, а ты, ты по какой причине убегаешь из дома?
Прохожие оглядывались на неё.
Женуина даже себе не призналась бы, что беспокоит её не только судьба Флавии, но и страх за свою судьбу. Её бросил муж, и вот теперь бросает сын. Её замученная мыслями о деньгах, проблемами детей голова шла кругом. В сумятице мыслей вдруг с необычайной чёткостью всплыла одна: она должна найти Диего, во что бы то ни стало – найти.
А в куриные мозги Китерии тоже запала идея, высказанная ей подругой. Отделка дома подходила к завершению, и пора было составлять список гостей на «Open house».
И так как Китерия, заплатив огромные деньги, наняла знаменитого дизайнера Лауриньо, он должен был отработать свой гонорар. Ему в обязанность было поставлено условие, пригласить всех своих знатных друзей и заказчиков. Но в первую очередь Лаис Соуто Майя. Китерия просто помешалась на этой женщине.
Мерседес всячески подогревала это умопомешательство, убеждала Китерию, что без Лаис информация о приёме не попадёт в светскую хронику, что они наверняка подружатся с Лаис и для Китерии откроются новые горизонты.
Мерседес знала, что хочет слышать Китерия, и преподносила это как своё озарение. Сама она рассчитывала встретить на вечеринке богатого жениха.
– Я буду тихо сидеть в уголке, и наблюдать за всеми вами. В нужную минуту я приду на помощь. Дона Китерия, вам просто необходимо моё присутствие.
– Нужно, чтобы посреди стола стоял лебедь, настоящий, с перьями, – задумчиво отвечала Китерия. Но вдруг её охватило сомнение. – Слушай, Мерседес, а вдруг Лаис не придёт и эта её подруга, Рутинья, тоже? – Китерия выглядела растерянной, но тут же брала себя в руки. – Нет, нет, все придут. В наше смутное время достаточно повесить у двери кусок мяса, и придёт кто угодно.
Действительно, приём удался на славу. Правда, к огорчению Мерседес, все мужчины пришли с жёнами, а к огорчению Китерии, Лаис задерживалась. Китерия ждала до упора и медлила с распоряжением подавать шампанское, которое в огромном количестве получил, в качестве бартера за мясо, её муж сеньор Жордан.
Ему не терпелось похвастаться необыкновенным шампанским, приплывшим из-за океана. Он привёл на приём своих русских компаньонов. Это были мужчины с блеклыми незапоминающимися лицами и вкрадчивыми повадками. Костюмы, купленные в дешёвом универмаге, сидели на них дурно. Лишь один походил на бразильца или аргентинца – черноволосый, кудрявый, с волосатыми руками. Костюм на нём был подороже, но такого дурного вкуса, что гости решили, что кто-то из присутствующих, как Калигула в сенат своего коня, ввёл в дом охранника. Но выяснилось, что черноволосый родом из далёкой страны Джорджии, не имеющей никакого отношения к одноимённому штату в Америке.