И вот долгожданный вечер наступил. Лаис отправилась в гости вместе с Рутиньей на машине подруги.
Патрисия нежно поцеловала мать и пообещала ей лечь пораньше. Дом был пуст: отец – в Чикаго, Аугусто где-то болтался, Изабела уехала развлекаться с Вагнером.
Патрисия позвонила Оливии и пригласила её в кино.
Почуяв недоброе, Оливия сказала, что последнее время её замучили головные боли, но Патрисия настаивала, и, как всегда, встряла Китерия. Она подслушивала разговор по параллельному телефону и, не в силах скрыть это, засюсюкала:
– Патрисия, дорогая, конечно, Оливия пойдёт в кино. Она засиделась, ей надо развеяться. Я вас отвезу сама.
– Спасибо, дона Китерия. Вы так добры, я ужасно хочу, чтобы вы, наконец, познакомились с мамой. Мама дала мне машину на вечер, я приеду сама.
– Но ведь тебе нет шестнадцати, ты не можешь править автомобилем!
– Но, это же, недалеко! Ничего страшного, мама разрешила. Я сейчас приеду.
– Давай, одевайся скорее, да получше, – приказала Китерия дочери.
– Мам, я не хочу в кино, – попробовала отговориться Оливия. – Уже поздно.
Но сопротивление было бесполезно.
– Давай, давай. С Патрисией тебе можно везде и всегда.
Они подхватили Уго и Кима в условленном месте. Оливию била лихорадка.
– Слушайте, если охранник поймает нас, вы представляете, что будет? – попыталась она остановить злоумышленников.
– Никто нас не поймает. Ким будет стоять на шухере и свистнет при малейшей опасности. – Уго был настроен решительно.
Патрисия с восхищением и любовью смотрела на него.
Они поставили машину в тени у высокого каменного забора, огораживающего двор лицея Сен-Клер.
Киму велели наблюдать за охранником. Охранник сидел в вестибюле и был хорошо виден через стеклянные двери. Патрисия, Оливия и Уго зашли с тыльной стороны двора, перелезли через забор и проникли в здание лицея. Уго захватил с собой отмычки. Эти отмычки совсем добили Оливию. Их налёт приобрел профессиональный колорит.
Открывая дверь за дверью, Уго привёл их в учительскую. Туда он тоже проник легко.
Вожделенные билеты стопкой лежали на столе, но свет включить было нельзя, с фонариком поиски нужных вариантов требовали времени.
Подростки стали ворчать и переругиваться. Уго открыл окно, чтобы посмотреть – на месте ли Ким, и сделал это напрасно: листки разлетелись по полу.
Охранника удивлял бедно одетый мальчишка, усевшийся на капот дорогого «шевроле». Конечно, надо было бы его согнать, но охранник не имел права покидать свой пост.
Но когда мальчишка, болтая ногами, стал стучать пятками по крылу «шевроле», охранник не выдержал. Он вышел на улицу и направился к машине. И в этот момент мальчишка свистнул два раза: длинный и короткий свистки прорезали тишину ночи.
Что-то здесь было не так. Охранник поспешил назад к лицею, чтобы вызвать полицию.
И тут он услышал за спиной шум двигателя. В «шевроле» торопливо садились две девчонки, оборванец тоже нырнул на переднее сиденье. За рулём сидел подросток.
– Стойте! – крикнул охранник.
Но «шевроле» подало задом, развернулось и исчезло в темноте. Охранник успел запомнить цифры номера. Он был профессионалом своего дела, ведь лицей был престижный, и мать настоятельница не экономила на охране.
Уго отвёз Оливию домой, Кима высадили на остановке автобуса и дали денег на билет.
Возбуждённые происшедшим, влюблённые подростки не могли расстаться.
– Дома заметят, что нет машины? – спросил Уго.
– До завтрашнего утра она будет не нужна маме.
– Значит, у нас есть время. – Уго нежно погладил Патрисию по щеке. – Поедем на пляж?
– Конечно, любимый. Ты знаешь, как раскладываются сиденья?
– Соображу.
После паузы Уго сказал:
– Люди твоего круга немногого стоят.
– Теперь мы с тобой одного круга, – засмеялась Патрисия.
…Мерседес и Вагнер договорились встретиться днём дома у Вагнера, но Китерия попросила Мерседес съездить к заказчице. Задание было не пустяковое, и Мерседес не могла отказаться, тем более что рассчитывала обаять богатую заказчицу и приобрести полезное знакомство.
По дороге она решила зайти в офис к Вагнеру и сказать, что свидание отменяется. Конечно, можно было бы сказать об этом и по телефону, но Мерседес так хотелось, чтобы сослуживцы, а главное, сослуживицы, увидели, какая у их шефа девушка и как он влюблён в неё.
Но получилось неладно.
Вагнер и Аугусто были в кабинете у Конрадо, а умная секретарша, зная повадки Вагнера, не разрешила Мерседес дожидаться его в приёмной. Тем более что Вагнер был явно не в духе и вряд ли обрадовался бы приходу какой-то, пускай и хорошенькой, сикухи.