…Лаис очень дорожила доверием сына. И он платил ей тем же. Ни с кем Аугусто не был так откровенен, как с матерью. Сегодня сын был на редкость взволнован. По его глазам Лаис видела, что он хочет сказать ей что-то важное для него. И она не ошиблась. У Лаис сжалось сердце от боли за Аугусто, когда он вдруг сказал:
– Мама, я узнал, что Мерседес – «девушка по вызову», она не хочет со мной связываться потому, что я не богат. Так почему же мне не забыть о ней, не увлечься другой?
– Такой уж у тебя характер, – Лаис погладила сына по волосам. – Ты привык добиваться того, что хочешь. По-моему, в глубине души ты надеешься, что сможешь изменить эту девушку. Ты всегда был идеалистом.
– А, по-твоему, я не прав? Мама, я понимаю, что мне придётся много выстрадать, но, в конце концов, мне кажется, что я буду очень счастлив. Ты считаешь, что я безумец?
– Нет, ты – романтик. Но я не хочу, чтобы ты страдал, – жалобно сказала она. – Ты знаешь, я чужда предрассудков, но… ты и впрямь уверен, что она тебя любит?
– Я хочу, чтобы она открыла в себе эту любовь ко мне. Мне нужно, чтобы она любила меня, не зная, что я богат. Если она сможет расстаться с этой дурацкой мечтой о богатстве, я смогу дать ей всё, что она захочет.
– Ты от неё слишком много хочешь, – вздохнула мать. – Ты считаешь, что она должна изменить своё представление о счастье.
– Но почему она ставит знак равенства между счастьем и богатством? И потом – мы так любили друг друга, были так счастливы. Почему она не хочет это признать?
– Возможно, она признаёт это, сынок, но мечтает о счастье другого рода.
– Она мечтает о том, что появится чудесный принц на белом коне и увезёт её далеко-далеко.
– Неужели? Это любопытно! Здесь что-то не вяжется в этой истории… Если девушка мечтает о прекрасном принце, вряд ли она такая уж материалистка.
– У тебя тоже такое впечатление? – обрадовался Аугусто. – Поэтому я никак не могу её понять. Здесь какая-то тайна. Но в одном я твёрдо уверен: за неё стоит бороться.
Лаис нежно посмотрела на сына. Романтик. И какой романтик! Она боялась за него, но сказала лишь:
– Борись!
…Как только такси Аугусто скрылось за поворотом, Мерседес дала волю слезам. Боже, как скверно всё в этом мире! Но ей быстро пришлось утереть слёзы – около неё стоял Тулио. Откуда он только взялся? Мерседес не хотела, чтобы её видели плачущей.
– Зачем же ты оговорила себя? – оказалось, что Тулио всё слышал. – После того, что, как ты мне рассказала, произошло между вами?
– Так надо, – вздохнула Мерседес, – так ему легче будет меня забыть. Я поняла, сеньор Тулио, что в жизни нельзя иметь всё. Я не могу себе позволить любить. Я не смогу стать богатой, счастливой и любимой одновременно. Это слишком!
– Значит, для себя ты ставишь любовь на последнее место?
– Ну и что? – запальчиво сказала Мерседес. – Моя мама любила отца и, по-моему, любит до сих пор. Но что ей это дало? И разве этот бедный парень может сделать меня счастливой? Я мечтаю вырваться из нищеты. Я ненавижу жизнь, которой вы живёте. Вечные пересуды, сплетни, вся жизнь на виду у соседей. Я уже испытала это на себе, я всё это терпеть не могу!
Тулио, молча, слушал Мерседес. Ему было жаль эту сумасшедшую девчонку, которая готова расстаться сейчас с самым большим подарком, который преподносит человеку жизнь, – своей любовью. Знает ли она, что потерю этого дара нельзя ничем оплатить, ибо он бесценен? Он ласково обнял её за плечи:
– Так что же ты не можешь терпеть? Взаимоподдержки, дружбы? Мне страшно за тебя, Мерседес! Однажды ты добьёшься того, что хочешь. Но в своём золотом дворце ты поймёшь, что его мир гораздо ничтожнее и печальнее, чем этот. И тебе вдруг захочется услышать тёплое слово, утешение. Не знаю, как объяснить. Счастье не в том, чтобы иметь всё, что пожелаешь, но в удовлетворении за каждый прожитый миг.
ГЛАВА 17
Дона Женуина совсем сбилась с ног с этим ремонтом. То мебель нужно убрать, то найти место, куда можно было бы сложить строительные материалы. А мастер, который взялся оборудовать ванную, работает, как черепаха. Даже цветы на окне стали сохнуть от цементной пыли. Женуина решила отнести их к соседке. И, как говорится, не было бы счастья, так несчастье помогло. Под одним из цветочных горшков дона Женуина обнаружила, наконец, злополучную квитанцию, найти которую она уже и надежду потеряла. С радостной вестью Женуина бросилась к Тулио.
Тулио сидел за столом, уставившись в астральную карту. Мысли Жену сразу приняли другое направление. Не может ли Тулио узнать, что за мужчина с иностранным акцентом звонил ей вчера по телефону Эмилии. Тулио от досады на минуту потерял дар речи – сколько раз он объяснял Жену, что он – не гадалка и что астральная карта предназначена вовсе не для этого. Увидев, как рассердился её дорогой друг, Жену сразу переменила тему, сказала о найденной квитанции. Решено было сразу же идти в полицейский участок.