– Только не так, как ты действуешь в последнее время. Ты требуешь, а я уступаю. Разговариваем на равных – моё условие.
– Но ведь я не милостыню прошу, я требую своё имущество.
– По завещанию деда ты имеешь право продавать наследство только в 30 лет, все остальные твои действия будут противозаконны. – Конрадо уже говорил на повышенных тонах. – Научись соблюдать законы! Ими нельзя вертеть, как вздумается. Кстати, именно они – гарантия сохранности имущества, те же, кто их не соблюдает, кончают жизнь в нищете.
– Мне очень нужны деньги, понимаешь? Я же говорю с отцом, а не со злобным компаньоном!
– Тебя обуяла идиотская идея, Аугусто. – Конрадо вышел на улицу. – Всё, разговор не получился, – сказал он, остановившись на краю тротуара. – Всё, что ты делаешь, – это идиотизм, просто идиотизм. Ты должен работать со мной, и когда-нибудь всё это станет твоим.
– Можешь сразу выбросить это «всё» на помойку, мне не нужно чужое! – крикнул Аугусто.
– Ну, ты, козёл, как ты смеешь орать на отца? – Конрадо замахнулся, но взял себя в руки. – Ты просто наглый мальчишка, возомнивший о себе Бог весть что.
В этот момент подъехала машина, и из неё вышли Женуина и Мерседес.
– О Господи, что здесь происходит? – вскрикнула Женуина.
– Мерседес, садись в машину, – приказал Аугусто. – Мы уезжаем. С этим старым реакционером ни о чём не договоришься. – Мерседес села в машину, и Аугусто резко тронул машину с места, не услышав крика отца.
– Вернись, щенок, куда ты? У этого старика ещё хватит сил намылить тебе шею. – У Конрадо вдруг подогнулись колени, и он упал на асфальт.
– Доктор Конрадо! – бросилась к нему Женуина. – Доктор Конрадо!
– Помоги мне, прошу тебя, я умираю! – прохрипел Конрадо.
Китерия ворвалась домой как разъярённая фурия. Сначала она кричала, проклинала Лаис и Женуину, потом стала рыдать. Жордан как мог, утешал её и вдруг спохватился:
– Слушай, а где Судоновские?
– Какие Судоновские? – сквозь рыдания спросила Китерия?
– Как это – какие? Те, что приехали из Восточной Европы. Ты что, забыла, что они тоже были там?
– Ну и чёрт с ними! – заорала Китерия. – Пусть бы эти Судоновские околели около Берлинской стены. Плевать я на них хотела.
– Послушай, Кика, успокойся, ты что, не понимаешь, что происходит: ты попала в высший свет только благодаря Судоновским, а сейчас они там одни. Что, если им захочется рассказать правду? Это ведь будет позор побольше, чем вызов полиции в дом Рутиньи.
– Ничего они не скажут, им заплатили по-царски, и не в их интересах болтать языком. А, кроме того… – слёзы мгновенно высохли на глазах у Кики, – из этого может кое-что получиться. Пусть эти холёные сучки из высшего света узнают, что я, Кика, посмеялась над ними.
Диего, конечно, тоже припёрся на чаепитие к Лаис, но более всего из всех гостей его интересовали Судоновские. Он отвёл в уголок супруга, о чём-то с ним недолго поговорил, и они удалились.
А удалились они в соседний ресторанчик, где Диего начал накачивать таинственного Судоновского пингой.
– А теперь не мешает немного развлечься, правда? Музыка, женщины. – Диего изобразил рукою пышные женские формы. – Я вижу, тебе нравятся мулатки, сейчас я тебя с ними познакомлю. Это надо будет пойти во-он в ту дверь... Но с чемоданом туда идти неудобно – вот этот твой чемоданчик… он там ни к чему.
Супругу Судоновскую привёз в дом Жорданов Роджер.
– А где Билак? То есть где Николай? – спросила Нина Жордана. – Мы так не договаривались, я начинаю выходить из себя.
Жордан с ужасом слушал её речь.
– Нина, что это значит? – сказал он. – Нина, Нина, – пытался он остановить поток слов по-португальски: в комнате, кроме них, были Оливия и Дуглас.
– Какая-то хреновая история, – сказал Дуглас. – Я ничего не понимаю в ней и не хочу понимать. Эти Судоновские, они что, шпионы, они что, скрываются в Бразилии? – Давай, Роджер, раскалывайся... Это ты породил это чудовище – Судоновских, ты и расхлёбывай эту кашу!
– Ишь, как ты заговорил! – вступилась за Роджера Китерия. – Тебе удалось заключить несколько хороших сделок, обещая несметные богатства Мордовии партнёрам, нас всюду приглашают, а теперь ты напал на бедного Роджера и этих несчастных безработных артистов...
– Вот это да! – воскликнул Дуглас.
– Значит, это всё понарошку! – обрадовалась Оливия. – Как здорово!
– Здорово всё, кроме одного, – отчеканила Китерия. – Роджер оказался плохим режиссёром: зачем было нанимать бразильцев, у нас что, в стране мало голодных иностранцев? Зачем тебе понадобились бразильцы? Вот теперь в наказание поезжай в дом Соуто Майя и выволакивай оттуда этого Билака... или Николая, как там его?