– Мама, но ему сейчас плохо, ты сама говорила... – возразил Родриго. – Разве можно сейчас выходить замуж?
Но тут не выдержала Мерседес.
– Послушай, Родриго, отец бросил нас, потому что сам так захотел. Он влип в какую-то историю и смотался, чтобы спасти свою шкуру. Так что мать права, пусть она устраивает свою жизнь. А я – свою. Ты отвезёшь меня домой?
– Подожди, мама, я хочу встретиться с ним, поговорить…
– Вот адрес. Он работает в этом ресторане. Его там знают как Эстевана. – Женуина резко встала из-за стола.
– Я поеду к отцу в Сан-Паулу! – сказал ей вслед Родриго.
Родриго в самолёте задала приятная неожиданность: по проходу, свежая, элегантная, с подносом в руках шла Флавия. Она улыбнулась Родриго, предлагая ему взять напиток, и он тихонько шепнул ей, что ждёт её в конце салона, когда она освободится.
– По-моему, тебе не нужно объяснять, как я рад, что ты сейчас рядом со мной, – сказал нежно Родриго, когда Флавия опустилась в кресло рядом с ним. – Всё получилось случайно. Но я, честно говоря, благодарю судьбу, что она снова нас свела. Знаешь, не встреть тебя, у меня, наверное, не хватило бы духа встретиться с отцом... Прошло пятнадцать лет, Флавия, мы с ним не виделись целых пятнадцать лет! Он стал для меня чем-то вроде легенды. А теперь мне придётся сделать крутой поворот, пойти к нему и сказать: «Привет, это я, Родриго, ты меня забыл?»
– Не говори так, не делай себе больно.
– Но это, не идёт ни в какое сравнение с тем, какую боль причинил мне он, когда исчез, Флавия. Только мне одному это известно. Мне всегда приходилось обращаться за советами к отцам моих друзей. Мне казалось, когда я вырасту, я стану таким, как отец того-то или того-то… А он тем временем в ус не дул... Это так больно.
– Послушай, – сказала Флавия, – я ночую в Сан-Паулу и возвращаюсь в Рио только завтра вечером. Если хочешь, мы можем пойти к твоему отцу вместе.
– Я всегда буду благодарен тебе за это, Флавия, всегда…
…Родриго и Флавия вошли в ресторан, и к ним тотчас подскочил метрдотель.
– Добрый вечер, вас проводить за столик?
– Нет, сеньор, мы с удовольствием отужинаем потом, но сначала нам нужно поговорить с одним официантом… Его зовут Эстеван Гарсия.
Надо сказать, что школа Рутиньи не прошла даром: Родриго выглядел уверенным, полным достоинства молодым яппи. Флавия с изумлением смотрела на него.
– Эстеван Гарсия? Простите, но, боюсь, что повидать его невозможно.
– Видите ли, у нас к нему важное дело, мы не станем мешать ему, работать, мы просто договоримся о встрече.
– Дело не в этом, сеньор. Бедный Эстеван оказался в больнице, в очень тяжёлом состоянии. Боюсь, что он больше не вернётся сюда.
ГЛАВА IV
В доме Жорданов обсуждали арест отца и Дугласа. И, как только вошла Мерседес, Оливия набросилась на неё:
– Это всё из-за тебя арестовали Дугласа с отцом! Наверняка они хотели прикрыть твоё какое-нибудь тёмненькое дельце.
Однако на защиту невестки встала Китерия.
– Что ты мелешь, Оливия? Как ты разговариваешь с Мерседес? Веди себя прилично, у нас и так хватает проблем, а тут ещё ты подливаешь масла в огонь!
– Дона Кика, – сказала с печальным высокомерием Мерседес, – не обращайте внимания, я ведь не слушаю, что несёт эта девчонка, у неё просто переходный возраст.
– Я тебе покажу, у кого из нас переходный возраст! – Оливия бросилась на Мерседес как коршун.
– Прекрати, Оливия, отправляйся спать!
В этот момент появились Жордан и Дуглас.
– Всё в порядке, – радостно заявили они в один голос, а Жордан добавил: – Там во всём разобрались. Это была клевета.
Дуглас тут же бросился к Мерседес, и стал утешать и успокаивать её, а Китерия начала звонить своему новому дружку Роджеру Валену. Дуглас и Мерседес ушли наверх к себе.
И тут появилась Женуина, которая хотела рассказать Мерседес о том, что Родриго нашёл отца и что отец очень болен. Она была в смятении, ей, конечно же, хотелось немедленно поехать в Сан-Паулу, помочь Диего, но было неловко перед Тулио, и, кроме того, через несколько дней была назначена свадьба.
Так как Мерседес была наверху, с Дугласом, Китерия тут же вцепилась в Женуину. На этот раз она не орала, а лишь мягко укорила Женуину за то, что та снова воспользовалась парадным лифтом.
– Неужели так трудно усвоить, что прислуга должна пользоваться служебным лифтом! – тоном дрессировщика, обучающего тупое животное, сказала она.
– Простите, я забыла. Я пришла узнать, как дела у моей девочки и её мужа, ходят слухи, что его арестовали.