С помощью детектива Вагнер определил место пребывания Изабелы. Оставалось придумать только, как её выманить из укрытия: билеты в Лондон были с открытой датой.
Фотографии для Аугусто тоже были отосланы в агентство: часовой механизм заработал, оставалось ждать взрыва.
Вагнер приказал Жулии взять в «Соуто Майя» паспорт Изабелы. Однако он не знал, что под угрозой быть облитой кипятком Жулия дала слово, что отдаст снимки Мерседес. Жулия позвонила Мерседес и сказала, что Вагнер решил всё сделать сам и что наверняка снимки уже у Аугусто. Но снимки ещё не пришли в агентство, и Аугусто был занят разговором с Лоуренсо и Родриго, уговаривая их вернуться в «Соуто Майя». Компаньоны ответили отказом.
– Но ведь я банкрот, я даже не могу вам платить зарплату, – смеялся Аугусто, сохраняя самообладание.
Родриго ответил, что он продаст машину, а Лоуренсо, что на свою премию он может прожить скромно полгода.
Конрадо вёл бесконечные разговоры с Лондоном, в результате которых выяснилось, что проект Аугусто даже не дошёл до жюри и был выброшен на промежуточном этапе. Кто-то подкупил одного из мелких чиновников. Это был скандал, и английское жюри приняло решение пересмотреть результаты конкурса. Конрадо понимал, что, пока суд да дело, Аугусто должен на что-то жить. Но он понимал и другое, что Аугусто слишком горд, чтобы принять деньги от него. И тогда он позвонил Лаис и попросил её срочно приехать: ему был нужен её совет.
После звонка Жулии Мерседес помчалась в агентство «Соуто Майя». У неё был такой взволнованный вид, что Рената спросила:
– Что случилось, Мерседес?
– Ты знаешь, я ищу конверт, я отправила его Аугусто, мне захотелось пошутить, но я забыла положить туда одну вещь.
– Может быть, его уже взял Аугусто, он здесь, давай спросим.
В этот момент в приёмную вошёл Аугусто.
– Рената, тот жёлтый конверт, который ты мне... – И – тут он увидел Мерседес. Она бросилась к нему.
– Аугусто, Аугусто, я сейчас тебе всё объясню, выслушай меня...
– Пошли, пошли, муза моего вдохновения! – Аугусто обнял её и повёл в кабинет.
В кабинете она застала Родриго, который отложил свою поездку в Штаты, чтобы помочь Аугусто в трудный момент.
– Какой трудный момент? Ты знаешь, что теперь ждёт Аугусто? Он станет вице-президентом холдинговой компании «Соуто Майя». Что он теряет? – Разговор шёл в отсутствие Аугусто, которого вызвал к себе Конрадо, и Мерседес была откровенной с братом.
– Мерседес, я просто ушам своим не верю, ты что, не желаешь добра нашему агентству?
– Я желаю добра самой себе, что в этом плохого! – Нервы Мерседес были взвинчены до предела: она так и то поняла, пришёл жёлтый конверт по почте или нет. А ведь Жулия сказала ей, что конверт будет именно жёлтым, так как Вагнер послал его через «Федерал экспресс» с нарочным.
– Ты однажды сказала, что мы похожи друг на друга, сестричка. Да, в чём-то похожи. Но только с одной разницей: ты готова на всё во имя своего эгоизма. А у меня, кажется, есть сердце, и я иногда поступаю так, как оно мне велит. Ты же слишком хладнокровна, Мерседес, слишком. Извини, я бы хотел тоже присутствовать при разговоре Аугусто с доктором Конрадо.
Как только Родриго вышел, Мерседес судорожно стала перебирать бумаги на столе Аугусто, выдвигать ящики. За этим занятием её и застала Лаис, но Мерседес не заметила этого.
Лаис снова тихонько вышла из кабинета и вошла, стукнув дверью.
Она не показала, что видела, чем занималась Мерседес в кабинете мужа. Она лишь спросила:
– У тебя неприятности.
– Нет, всё в порядке.
– Извини, я спросила о неприятностях, потому что у тебя такой вид, будто ты что-то потеряла.
– Вы правы, сеньора Лаис, я потеряла обручальное кольцо. У меня дурацкая привычка: снимать кольцо, когда я мою руки. Я теряю его уже второй раз, не говорите Аугусто, вдруг он рассердится на меня.
– Конечно, не скажу, только ты не переживай так, оно найдётся. А если нет, ты сама расскажешь об этом Аугусто. Он ведь тебя так сильно любит, что не станет сердиться из-за этого, – добавила Лаис грустно и взглянула в глаза Мерседес.
Мерседес отвела взгляд.
– Я, пожалуй, пойду, – сказала она. – Встретимся вечером, на празднике?
Лаис села в кресло: впервые она производила впечатление усталой немолодой женщины. Её мучали не только душевные терзания, она ощущала какую-то слабость, недомогание, отсутствие интереса к жизни. Но как только вошёл сияющий Аугусто с большим жёлтым конвертом, она выпрямилась, её прелестные миндалевидные глаза загорелись.