– Извини, мне пора к гостям. Да и тебе, пожалуй, тоже.
Мерседес спустилась вниз и, всячески избегая встречаться глазами с матерью, стала потихоньку приближаться к выходу. Но Женуииа настигла её.
– Что ты собираешься делать?
– Тебя это не касается, – прошипела Мерседес.
– Нет, я должна знать, куда ты уходишь.
– Я хочу достать снимки, они решают всю мою жизнь, и я обойдусь без тебя, если ты не желаешь мне помочь.
– Давай отойдём в сторону, – Женуина загородила дочь от гостей собой. – Ты ничего не поняла – я как раз хочу тебе помочь. Ради Аугусто. Скажи мне, как всё было на самом деле? И я сумею рассказать правду Аугусто, если ты боишься это сделать сама. Что на этих чёртовых фотографиях? Кто этот тип, с которым тебя сняли?
– Я не могу сказать правду, – отчётливо произнесла Мерседес. – Пойми, не могу: ни тебе, ни доне Лаис, ни тем более Аугусто. Я ни о чём не сожалею, и, если бы мне пришлось пойти на это снова, я поступила бы точно так же. Я это делала ради Аугусто. Я не могу его потерять и не могу потерять всё, что у меня сейчас есть. Если ты будешь меня удерживать, я изображу обморок. А теперь – уходи.
Лаис видела, как ушла Мерседес, и спросила Женуину, что произошло. Женуина сказала, что Мерседес стало дурно.
– Нет, это из-за нашего разговора, я знаю. Я была слишком строга, я очень сожалею об этом. Я должна её увидеть.
– Лаис, послушай меня, ты не знаешь Мерседес так, как я. Её нельзя уговорить, её можно только испугать. Не порть себе праздник, я сама займусь Мерседес. Скажи мне, снимки действительно лежат в надёжном месте?
– Да, я оставила их в академии. Мне кажется, что мне надо поехать в академию и уничтожить их – так будет спокойно для всех. А ты поезжай, успокой её и привези сюда. Сделай это ради меня.
– Я восхищаюсь тобой! – сказала Женуина. – Я хочу учиться у тебя, хотя, честно говоря, конечно, учиться, как поступать с людьми, в моём возрасте уже довольно смешно. – Женуина взяла руки Лаис в свои.
– У тебя ледяные руки, это, наверное, от волнения. Всё будет хорошо, мы спасём любовь наших детей.
– Почему ты уходишь, Жену? – спросил Тулио. – Ты хочешь помочь Мерседес, она этого не заслужила.
– Я тоже так считаю, Тулио. Но я обещала Лаис разыскать её и привести сюда.
– Не ищи её, послушай меня. Не надо привозить Мерседес сюда.
– Почему ты так говоришь, Тулио? – с ужасом спросила Женуина.
– Я предчувствую нечто... нечто страшное.
– После своего путешествия ты стал очень нервным, не волнуйся, я скоро вернусь.
Тулио подошёл к окну, закрылся от всех гостей портьерой н, глядя на россыпь огней ночного Рио, издал тихий стон.
Маурисио и Калисто решили обследовать подвал, объяснив Эмилии, что об этом их попросил Урбано. Не слушая протестов Эмилии, они открыли люк и с фонарями спустились вниз.
– Не волнуйся, Эмилия, может быть, мы там найдём кого-нибудь: возможно, священника, или фельдшера, или пожарного, или человека, который выводит красных муравьёв... – веселились они.
– Ты знаешь, Калисто, тот нищий, который всё время сидел на углу, куда-то пропал после пожара, а тело погибшего было обуглено, да и поведение Эмилии наводит на размышления: догадайся, на какие?
– Она прятала Диего всё это время, – откликнулся Калисто. – Прятала здесь, в подвале!
Диего возвращался после бурных «переговоров» с Дугласом и Жорданом. Он шантажировал их, сказав, что знает о том, что они открыли новый офис в Швейцарии на имя Эстеван Гарсия. Он здорово напугал своих бывших компаньонов и был доволен: ему было важно отвлечь их внимание от поисков банковской квитанции на счёт, открытый на его имя.
Эмилия перехватила его на углу.
– Тебе нельзя туда идти, там, в подвале, Калисто и Маурисио. И скоро вернётся Урбано.
– Ну что ж, тогда я спрячусь в доме Аугусто. Мерседес и Аугусто ведь в гостях? Вот я и пережду, пока у тебя всё утихнет. А потом обнимемся, поцелуемся и поговорим о денежках на мой билет в Швейцарию.
Две машины отъехали от дома Вагнера. И направились в сторону дома Соуто Майя. Одну из машин вёл Вагнер, другую – Жулия.
Окна особняка Соуто Майя сияли, слышалась музыка, гул голосов. У одного из них Вагнер увидел тень, в которой он угадал Изабелу, сердце его подпрыгнуло от радости: «Она смотрит и ждёт, когда я подъеду!»
Рядом с тенью Изабелы появилась тень какого-то мужчины, это был Тулио. Но Вагнер не узнал его.
– Почему ты избегаешь меня, Изабела? – спросил Тулио. – И кого ты ждёшь у окна? Ты помнишь, что я предупреждал тебя о большой беде, которая ждёт тебя впереди? Ты ведь помнишь об этом, я знаю. Разреши дать мне тебе один совет: сохраняй спокойствие, тебя ждёт серьёзное испытание, ты не сумеешь его избежать, ты должна через него пройти. Ни я, ни кто другой не смогут тебе помочь. Только ты сама и твой выбор помогут тебе выбраться из ловушки.