Конрадо не стал уговаривать Лукресию и поехал в академию, чтобы обсудить с Нандой снасти, которые необходимо взять с собой. Неожиданно он лицом к лицу столкнулся с Лаис. Её смуглое лицо было прелестно: морской воздух разгладил морщинки, глаза сияли.
– О, Лаис! – удивился Конрадо. – Ты здесь? А мне казалось, что теперь я провожу больше времени в академии, чем ты, которая здесь работает!
– Как дела, Конрадо? – вежливо спросила Лаис. – Надеюсь, всё в порядке?
– В порядке? Да у меня, пожалуй, всё нормально, но вот о твоих детях этого не скажешь.
– Конрадо, я не желаю вступать с тобой в перепалку, я тоже имею право на отдых, и не тебе меня упрекать, ведь это ты ушёл из дома!
– Но ты забросила дом ради развлечений.
– Ты очень раздражён, Конрадо, и не надо попрекать меня детьми, они уже взрослые люди, и я не могу следить за каждым их шагом. Что же касается Патрисии, то ты всегда её защищал от меня, она – твоя любимица.
– Наверное, поэтому она напивается почти каждый вечер?
– Вот как?
– Она пользуется твоим отсутствием, тем, что ты развлекаешься со своим дружком, поэтому я прошу тебя, сегодня вечером, быть дома.
– Это невозможно, у меня уже назначена встреча.
– Я настаиваю, Лаис, мы ждём тебя к ужину.
Лаис не пришла к ужину, потому что Винисиус прилетел из Нью-Йорка только на одну ночь. Но она уговорила его прийти вместе с ней утром к ней в дом, чтобы познакомиться с Патрисией и позавтракать вместе. Собственно говоря, и уговаривать не пришлось – Винисиус был просто счастлив, что Лаис решила, наконец, разделить с ним свои заботы.
Лаис красиво накрыла стол и, как только сонная Патрисия спустилась в столовую, нежно обняла её, спросила, соскучилась ли она.
– Да, – буркнула Патрисия.
– Я тоже по тебе очень соскучилась, девочка моя!
– Наверное, поэтому ты с нами почти не бываешь? Ты ведь и сегодня здесь не ночевала?
– Но зато, ни свет, ни заря я уже здесь, мне хотелось вместе с тобой выпить кофе и представить тебе моего друга. Это – Винисиус. Ты стала очень ворчливой, общение с двумя немолодыми женщинами не идёт тебе на пользу.
– Да, мамочка, кроме того, я заразилась их старомодными правилами, а по этим правилам полагается, чтобы женщина ночевала дома.
Винисиус с улыбкой слушал разговор Лаис с дочерью, но после последних слов Патрисии решил, что пора и ему сказать своё слово:
– Вы знаете, Патрисия, когда вы вошли, я решил – вот представительница самого что ни на есть современного поколения, лишённого предрассудков, а теперь вы напоминаете мне моих родителей. И даже не родителей, а бабушку и дедушку... Подумать только, наше поколение столько боролось, среди нас были хиппи, мы думали, что мы готовим почву для следующего поколения, даём им большую свободу. А вы укоряете мать, кстати, свободную женщину, в том, что она не ночевала дома... Смешно, вы не находите?
– Ничего смешного! – отрезала Патрисия. – Хотя лично вы мне симпатичны. Но ведь каждый справляется со своими проблемами сам, правда?
– К сожалению, да. Но на меня вы можете рассчитывать. – Винисиус намазал толстым слоем джем на тост и протянул Патрисии: – Уверен, что вы любите клубничный.
Диего пришёл домой пьяненький и, покачиваясь, подошёл к Женуине:
– Можешь меня поздравить, сегодня Диего Миранда совершил самую грандиозную сделку в своей жизни: я заплачу всем, – королевским жестом он обвёл рукой пространство. – Немку я отправлю в Сан-Паулу, а для тебя выкуплю твой магазин. Разве не этого ты хочешь бельцу всего в жизни?
– Я не возьму твои грязные деньги, Диего. – Женуина увернулась от его объятий. – И я всё знаю, ты что-то там крутишь с мужем Мерседес. Ну-ка, ответь мне, что ты задумал? Какое ограбление? Кого решил обобрать?
– Да ничего, никакое не ограбление – нормальная коммерческая сделка.
– Послушай, Диего, у Мерседес хватает проблем, и не вздумай прибавить ей новых. Я тебе продиктую одну бумажечку! Принеси листок бумаги и карандаш.
– Ты угрожаешь мне? – заплакал пьяными слезами Диего. – Ты хочешь отнять у меня всё, что я имею? Ты хочешь, чтобы я снова вернулся в ту больницу и умер в нищете? Зачем ты заставила меня написать это?
– Всё, что я хотела сказать, я уже сказала. Условия ты знаешь. А сейчас ложись спать.
– А ты не разденешь меня, мамочка?
– Ещё чего! – Женуина ушла в спальню и хлопнула дверью.
Когда Родриго увидел Флавию и Дугласа, он был потрясён. Он подождал Флавию около её дома и, преградив ей путь, насмешливо сказал:
– А я и не подозревал, Флавия, что вы с мужем моей сестры такие большие друзья.