– Можешь идти, Северино. Алло, я вас слушаю, Лаис у телефона.
– Лаис, дорогая, это ты!.. Боже мой, как я волнуюсь, может быть, ты меня не помнишь, но мы были вместе в Мадриде. Мне так тебя не хватает, дорогая. Ты не представляешь, сколько раз мы были в двух шагах друг от друга, но сегодня Христос, Будда, Святой Иосиф наконец услышали мои молитвы… Мне нужно поговорить с тобой, дорогая. Это в высшей степени важное дело, оно касается наших дочерей.
– Конечно, Кика, конечно, дорогая, давай встретимся сегодня же вечером. Может быть, в закусочной Лопеса на 22-м километре от Дутры?
– В закусочной? – спросила изумлённая Китерия. – По пути в Дутру? А нельзя ли встретиться где-нибудь поближе, дорогая, и выбрать место поэлегантнее?
– Это спокойное место, и нас там никто не увидит, мы не встретим людей из общества, которые будут мешать нам. До скорой встречи, Кика! – закончила Патрисия. Она увидела бабушку.
– В чём дело? Почему ты говорила за свою мать? – строго спросила Венансия. – Лаис, – позвала она невестку, – в доме происходит что-то странное: Патрисия разговаривает по телефону за тебя.
– Ой, мамочка, я просто спасла тебя от ещё одной проблемы: это звонила одна старая клюшка, которая преследует тебя! Помнишь, она гонялась за тобой в Ангре? Рутинья тебе рассказывала, что она какая-то родственница Родриго.
– Да-да, действительно, есть такая сумасшедшая из новых богачей. На этот раз, Патрисия, ты действительно меня спасла от ненужной проблемы.
– Или поставила перед ещё одной, – добавила многозначительно Венансия.
Патрисия почувствовала, что наступил подходящий момент рассказать матери и об Уго, и об обмане, который они устроили, представив Уго пай-мальчиком.
– Но ты не договариваешь самого главного, Патрисия, вы ведь близки с этим мальчиком? Я правильно поняла?
– Мамочка, ты знаешь, мне кажется, сейчас новые времена и не обязательно ждать свадьбы.
– Хорошо, положим, это так, но есть и другие проблемы: ты предохраняешься?
– Я – нет, но Уго иногда принимает меры.
– Иногда? – всплеснула руками Лаис. – Иногда он принимает меры! А если ты забеременеешь, Патрисия? Я очень волнуюсь за тебя, я боюсь. Думаю, тебе следует поговорить и с отцом.
Но вот разговора с Конрадо как раз и не получилось. Патрисия, любимица отца, была уверена, что отец, как всегда, поймёт и простит её, и пришла на разговор вместе с Уго. Но Конрадо твёрдо заявил, что ему отвратительна шутка, которую они сыграли с ним, и попросил Уго, не попадаться ему на глаза.
– Если он уйдёт, то и я уйду вместе с ним, – сказала Патрисия.
– Нет, ты останешься, а вы, пожалуйста, уйдите, я хочу поговорить с дочерью.
Бормоча невразумительные проклятия, Уго вышел.
– Какой ужас, папа! У него были самые лучшие намерения, а ты так с ним обошёлся. Мне стоило стольких трудов уговорить его прийти сюда, ведь он брат Нанды!
– Нанды? – удивился Конрадо. – Значит, это человек, который принадлежит к другому социальному уровню?
– Ну и что? Я всё равно буду с ним встречаться.
– Боюсь, что ничего из этого не выйдет, дорогая.
– Зачем мы только пришли к тебе?! – зарыдала Патрисия и выбежала из кабинета.
...Конрадо пригласил на обед Нанду и Лаис, чтобы вместе поговорить о проблемах Патрисии. Лаис была возмущена разговором, смысл и обстоятельства которого ей в деталях передала Патрисия. Она сказала, что запрет встречаться с Уго непременно приведёт к бунту и Патрисия сбежит со своим возлюбленным при первой же возможности.
Нанда подтвердила её мнение.
Сначала обед шёл спокойно, Конрадо держал себя в руках и пытался скрыть раздражение. Лаис делала вид, что не замечает странности ситуации, когда в обеде двух бывших супругов принимает участие простенькая девчонка. Но спокойствие было взорвано упоминанием Лаис о Винисиусе.
– А какое он имеет отношение к этому делу? – возмутился Конрадо.
– Спасибо, я, пожалуй, не буду ждать десерта, мне пора в академию, – тактично сказала Нанда.
И как только она вышла, Конрадо понесло: он говорил о том, что у Лаис перемешались все ценности, раз она разрешает своей дочери встречаться с парнем из предместья и даже вмешивает в эту историю своего любовника.
– Ты знаешь, я, пожалуй, тоже не буду дожидаться десерта. – Лаис встала из-за стола.