Она приехала в академию в ужасном настроении.
– Давай рассказывай, что случилось, – сказала Рутинья. – Мне кажется, что ты убегаешь от проблем, а решить всё очень просто: тебе надо выйти замуж за Винисиуса.
Они сидели в сауне, распаренные, помолодевшие, тихо звучала музыка.
– Мой любимый Жао Жильберто, – мечтательно сказала Рутинья. – Ты помнишь наши вечеринки в колледже? Сколько воды утекло с тех пор! Мы прожили уже несколько жизней, а тебе предстоит прожить ещё одну, счастливую, с Винисиусом.
Рутинья любовалась Лаис – её смуглым телом, маленькой девичьей грудью – и думала о том, какую же жизнь предстоит прожить ей самой: останется ли с ней Родриго и как долго она сможет крутить романы с другими мужчинами.
– Ты знаешь, Лаис, Родриго познакомился в Ангре с одной моделью, и я, представь себе, везла её до Рио... А он потом повёз её домой, и я умираю от ревности.
– А почему ты не оплатила ей такси?
– Что я, сумасшедшая, что ли? Показать вид, что я ревную? У меня есть гордость!
– Вот из-за гордости и погибли мои отношения с Конрадо. Не скрывай своих чувств, Рутинья, выпускай их наружу.
– Ну, так ты выходишь за Винисиуса?
– Не знаю, не знаю. Я так боюсь разочарований.
ГЛАВА XIV
Изабела и Лоуренсо пекли вместе пирог к приходу Аугусто. Они были счастливы, валяли дурака, обсыпали друг друга мукой, Изабела намазала нос Лоуренсо кремом, и, когда пришёл Аугусто, она и ему измазала всё лицо кремом, к его огромному удовольствию, Аугусто давно не был так счастлив.
И в разгар всей этой суматохи появился Вагнер, как тень отца Гамлета. Он был взбешён, увидев Лоуренсо, а главное – той атмосферой счастья и беззаботного веселья, которая царила в Доме Аугусто. Он схватил Изабелу за руку и резко дёрнул её к себе.
– А ну пошли домой! – злобно сказал он.
– Полегче, Вагнер, кажется, ты у меня дома и я тебя сюда не приглашал.
– Отпустите её руку! – крикнул Лоуренсо.
– Ну, ты, паршивый засранец, прислужник хозяйского сыночка, заткнись, или я выставлю тебя пинком в зад! – рявкнул Вагнер.
Изабела изловчилась и влепила ему пощёчину. И тут же получила в ответ увесистую оплеуху.
Аугусто и Лоуренсо набросились на Вагнера, и завязалась чудовищная драка: рухнула на пол деревянная бадья с мукой и миска с яйцами – дрались жестоко и беспощадно.
– Уйди, уйди отсюда! – рыдала Изабела. – Уйди, негодяй, я не хочу тебя видеть, я требую развода!
– Ты не можешь требовать того, чего у меня нет, – отвечал между делом Вагнер. Дрался он здорово. Первым он сокрушил Лоуренсо, но с Аугусто было справиться потруднее: мощный, тренированный Аугусто, несмотря на своё добродушие и мягкость, был настоящим борцом. Вагнер был изгнан из дома, вид его был ужасен: измазанный кровью, желтком, мукой, он, пошатываясь, добрёл до машины.
Но для Аугусто в этот день неприятности ещё не закончились. После того как Мерседес сообщила Диего, что его карточный долг оплатил Аугусто, Диего решил поговорить с соседом круто, ведь для него это известие было ещё и информацией о том, что это именно Аугусто запретил принимать его в «Пеликане». Он вошёл к Аугусто развинченной походкой с кривой блатной улыбочкой. Это был совсем другой Диего.
– Знаешь, парень, ты заслуживаешь порки. Ты что себе позволяешь? Ты думаешь, что ты богат, а поэтому можешь покупать людей, папенькин сыночек?
Аугусто с лиловыми фингалами, с распухшими губами, смотрел на Диего, прищурив глаза.
– Вы хотели сказать – выкупать? Ведь я вас выкупил, правда, сеньор Диего?
– Послушай-ка, мальчишка, – Диего подошёл вплотную к Аугусто, сидящему в кресле. – Не связывайся со мной, понял? В этом предместье с людьми случается всякое, я ведь могу сделать так, что ты пожалеешь, что тебя мать родила.
Женуина видела, как Диего пошёл к Аугусто, и помчалась к Тулио. Они вошли как раз в тот момент, когда Диего указательным пальцем тыкал в лицо Аугусто.
– Эй, ты! – крикнула Женуина. – Чего это ты здесь разошёлся?
– Не беспокойтесь, дона Женуина, он беспокоится о Родриго, он считает, что Родриго слишком много работает в моём агентстве и слишком мало получает, – насмешливо пояснил Аугусто.
– Не пудри мне мозги, сынок, ты врать не умеешь. Я знаю, почему этот крокодил пришёл сюда. Он в ярости, что потерял свою кормушку в подвальном казино.
– В подпольном, – спокойно поправил её Тулио.
– Не вмешивайтесь в мои дела! – огрызнулся Диего, но было видно, что он струсил.
– Нет, это ты вмешиваешься в наши дела, это ты всем не даёшь здесь жить, ты всем приносишь зло, Диего.