Выбрать главу

- Какой еще ручей? - учитель сдерживался из последних сил.

- Тот, что за школьным стадионом. В кустах, видели?

Со всех сторон слышались смешки. Сэмми чувствовала, как пылают ее щеки, и понятия не имела, что сейчас происходит. Трэвис ее выгораживает! Да еще и таким образом, издеваясь над учителем!

Поскольку преподаватель молчал, Дойл продолжил свой «рассказ»:

- ...А попав в воду, он размок. Все расплылось... Ну, в общем, мокрую тряпочку сдавать не стоило, верно?

У Беккера покраснела шея.

- Чудная история, - процедил он. - И какую же оценку мне поставить мисс Уайли? Видимо, неудовлетворительно, ведь работы, в конечном счете, я не вижу.

- Сэр, но ведь я объяснил вам причину! Разве будет большая беда, если Саманта принесет вам реферат завтра? Это досадная случайность, поверьте! - продолжал распинаться школьный красавец номер один. - А Саманта такая прилежная ученица...

- Что ж... - Беккер снял очки, протер их салфеткой и вернул на переносицу. - В таком случае, вам не составит труда помочь своей подруге? Реферат я поручаю подготовить вам обоим. Срок сдачи - завтра. Что скажете, мистер Дойл?

 - Без проблем! - энергично отозвался Трэвис, сверкнув белозубой улыбкой. - Спасибо за понимание, вы очень добры, сэр!

Беккер передернул плечами, и Сэмми видела, что его донельзя бесит этот наглый самоуверенный парень.

- А мисс Уайли что-нибудь нам скажет? – вновь обратился учитель к Саманте, которая сидела ни жива ни мертва. – Или слово останется за вашим «адвокатом»?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В классе снова послышался смех, а Сэмми с трудом разжала губы:

- Завтра работа будет у вас на столе, мистер Беккер.

- Вот и посмотрим.

С этими словами учитель, наконец, оставил тему сдачи ее реферата в покое, отвернувшись к доске и продолжив объяснять новый материал, а Сэмми выдохнула, потирая онемевшие пальцы. До ее слуха по-прежнему доносились смешки, но она боялась даже поднять глаза. Боялась встретиться с ним взглядом.

Трэвис ее просто поражал. Сэмми никогда не воспринимала его всерьез, несмотря на то, что юноша определенно был умным и способным. Дойл всегда учился почти на отлично, несмотря на имидж разгильдяя - похоже, что знания давались ему легче, чем большинству. А благодаря внешности и сильному характеру, Трэвис уже несколько лет считался одним из самых крутых и популярных парней в школе.

Внешность у Дойла действительно была примечательной - стройная спортивная фигура (в чем минувшей ночью Саманта убедилась воочию), светло-каштановые волосы, пронзительные голубые глаза, правильные черты лица. Помимо красоты, Трэвис обладал некой харизмой и привлекательностью, что позволяло ему без проблем заполучать практически любую девушку, которую он пожелает.

Впрочем, Саманте он никогда не нравился. Его нахальство и вечная издевательски- снисходительная манера бесили ее, Сэмми считала Дойла эгоистичным придурком, и никогда не разговаривала с ним, разве только в начальной школе.

И какого же лешего ему понадобилось от нее сейчас? Конечно, он ее выгородил, если его трепотню можно назвать оправданием. Но Сэмми ни минуты не сомневалась, что Дойл сделал это чисто в своих интересах – кем-кем, а добрым самаритянином этот парень точно не был.

Что ж, вскоре она сможет все выяснить. Положительное в произошедшем, все же, было – Сэмми перестала бояться Трэвиса. Да и «неуд» ей, в итоге, не поставили.

Записывая вслед за учителем, Саманта подняла глаза и поймала недобрый взгляд мистера Беккера. Впрочем, тот сразу же отвернулся.

«Отлично, только конфликтов с учителем мне не хватало!» - раздраженно подумала Сэмми. Хотя в свете всего, что случилось с ней вчера, это казалось наименьшим из зол.

К концу урока ей удалось более или менее почувствовать себя в своей тарелке. Монотонный голос мистера Беккера, привычная обстановка сделали свое дело, и Сэмми нашла в себе смелость взглянуть на Трэвиса.

Он сидел через ряд от нее, со своим приятелем Заком Шенноном. По обыкновению, развалившись на стуле в ленивой позе, Трэвис беззвучно барабанил пальцами по парте. Темные густые брови парня хмурились, он смотрел не на учителя, а куда-то в пустоту. Но, мгновением спустя, повернул голову.