Саманта не знала, сколько они просидели так, но начала замерзать на холодной земле. Луна скрылась за толщей облаков, и волк задрожал. Жалобно взвизгнув, он поднялся и быстро побежал в темень зарослей. Сэмми знала, что последует за этим, и, стиснув зубы, приготовилась.
Через минуту из тьмы раздался крик, но он звучал не так мучительно и громко, как прошлой ночью. Обхватив себя руками, Сэмми напряженно глядела перед собой, и вскоре из-за деревьев показался Трэвис, уже одевшийся. Чуть пошатываясь, он подошел к ней и обессиленно упал на землю рядом.
Сэмми приникла к нему, обняв и поглаживая. Трэвис тяжело дышал, но постепенно успокаивался. Вскоре его руки нашли ее и прижали к себе.
- Как ты? – прошептала Сэмми.
- Нормально… - хрипло выдохнул он. Его голос еще не восстановился до конца. – Дай мне еще пару минут…
Жар его тела согрел ее, и Сэмми готова была ждать хоть пару часов. Она прижалась к его груди и закрыла глаза. Голова отказывалась соображать, что всего несколько минут назад она держала в объятиях волка, который теперь снова стал Трэвисом. Его тело еще слегка хранило запах животного, но он слабел с каждой минутой, сменяясь его обычным парфюмом. Сэмми отстраненно подумала, что волк тоже должен был пахнуть духами, но отчего-то не пах. Представив обратное, она подавила нервный смешок. Что ж, даже зверь из Трэвиса получился бы ухоженным.
Наконец, Дойл пришел в себя. Он глубоко выдохнул, и Сэмми хотела разжать руки, но он не позволил. Уткнувшись в ее шею лицом, Трэвис что-то прошептал – Сэмми не расслышала, что – а потом зацепил губами кончик ее уха.
- Согрелись, - услышала она его и затряслась от смеха.
- Ты мне их облизывал! – Сэмми выпуталась из его объятий и выпрямилась. – Что за дела, Трэвис?
Дойл тоже сел и пожал плечами, пытаясь сдержать улыбку:
- Это же волк, Лягуш. Я за него не отвечаю.
- А, по-моему, ты нарочно это делал, - проворчала Сэмми. Трэвис поднялся на ноги и, ухватив ее за ладонь, потянул вверх. – Ты помнишь, что было?
Он кивнул:
- Приблизительно. Кажется, мы играли тут в салки, довольно забавно. А потом я лежал рядом с тобой.
- Верно. – Сэмми снова покраснела, а Трэвис поманил ее к себе:
- Пойдем, уже поздно. Ты, должно быть, устала.
Сэмми не стала спорить, она, в самом деле, вымоталась. Калейдоскоп событий сменил яркие цвета на серый и синий, нервное напряжение отпускало, и ей захотелось спать. Она послушно забралась парню на спину, и он понес ее обратно к дому.
Мерная работа мышц Трэвиса, его тепло успокаивали ее. Едва соображая, что делает, Сэмми повернула голову к нему и, как и он несколько минут назад, уткнулась лицом в его шею. Она почти касалась губами кожи Трэвиса, и закрыла глаза, упиваясь ее ароматом. Трэвис чуть вздрогнул, но не замедлил шага, только ладонь его легла на ее руку.
Сэмми едва помнила, как они подошли к ее дому. Она снова зажмурилась, а Трэвис двумя упругими прыжками ловко забрался вместе с ней в окно ее комнаты. Подойдя к кровати, Трэвис мягко опустил на нее Сэмми и сел рядом на краешек.
Его глаза словно сияли в полутьме спальни. Он протянул руку и погладил ее по волосам:
- Спасибо, - прошептал Трэвис, глядя на нее. – Сегодняшняя ночь была необыкновенной.
- Для меня тоже, - прошептала Сэмми в ответ. Сон немного прошел, и опять охватило волнение. Трэвис был так близко…
- Доброй ночи, Лягуш.
Он поцеловал ее в лоб и встал с кровати. Сэмми хотелось попросить его остаться, но она знала, чем это может закончиться, и пока не была к этому готова. А потому отозвалась в ответ:
- Спокойной ночи, Трэвис. Будь осторожен!
- Как всегда, - улыбнулся он, остановившись у окна. – До завтра!
Миг – и Трэвис исчез в окне. До слуха Сэмми донеслись едва слышные шаги, затем все стихло, а ей казалось, что часть ее осталась с ним навсегда.
Часть 27-1.
Следующая неделя выдалась на редкость трудной. В школе у Сэмми было несколько контрольных и тестов, новые сложные темы, а голова была занята совсем другим, так что приходилось собирать всю свою волю в кулак. Да и недосып давал о себе знать – половину ночи она стабильно проводила с Трэвисом в лесу. Это становилось чем-то все более привычным, но столь же волнующим, и с каждым разом ей было все труднее расставаться с ним даже на несколько часов. Трэвис не настаивал на чем-то большем, чему Сэмми была рада, но их объятия и мимолетные поцелуи в щеку случались все чаще, и она понимала, что все идет к единому итогу. Но ей не хотелось думать об этом, слишком хорошо было сейчас.