Шумно выдохнув, Сэмми села рядом с Лиа. Сестренка Аллена приветливо заговорила с ней – оказывается, Стив упоминал Сэмми, и Трейси заочно знала ее. С Лиа, судя по всему, она была знакома намного ближе.
Стараясь участвовать в разговоре, Саманта невольно думала о Трэвисе. Она всей душой желала, чтобы он остановил разбушевавшегося оборотня, в которого превратился Дефалко, и чтобы больше никто не попал на больничную койку. Или того хуже…
Они провели в больнице еще около получаса, затем попрощались с Трейси и вернувшейся миссис Аллен и ушли. По дороге к машине Лиа ничего не говорила, и только оказавшись внутри, тяжело вздохнула.
- Он так любит футбол, - печально сказала она. – А теперь неизвестно, восстановится ли плечо… Придется сделать ставку на учебу.
- Ты как? – невольно спросила Сэмми, и та слабо улыбнулась:
- Нормально. Все будет хорошо. Спасибо, что поехала со мной, - внезапно сказала Лиа, быстро взглянув на нее.
Сэмми не ответила, но ей стало тепло от слов Лиа. Как когда-то раньше…
По пути к ее дому они почти не говорили и попрощались очень быстро. Но, шагая к крыльцу своего дома, Сэмми думала о том, как неисповедимы пути Господни.
Внеглавие 3.
Трэвис.
Я почуял его запах, когда мы уже почти выбились из сил. Знакомый, дразнящий, он вызвал во мне настоящую бурю, и мышцы словно забыли об усталости, а внутри все вспыхнуло от неукротимой ненависти.
Замерев лишь на миг, чтобы втянуть носом поглубже, я напрягся всем телом и стремительно рванулся по следу, за мной потянулись и остальные, движимые моим неслышным зовом. Мы двигались, точно единый организм, молчаливый и стремительный, и цель уже казалась так близка…
Сейчас я не помнил его имени, но помнил, почему и за что должен ему отомстить, и знал, что он был моей единственной целью. Где-то на задворках сознания всплывала она – та, ради которой я живу. Я помнил ее всегда, кем бы был, и внезапно ощутил пьянящую радость погони. Она захватила мое тело, заставляла нестись вперед, не видя и не слыша ничего. Ведь если мне удастся поймать его, она будет спасена…
Он почуял нас – до меня доносились отголоски его сознания. Страх, ненависть, злоба – сейчас я не мог назвать этих слов, не мог и понять их значение, но чувствовал опасность, которая от него исходила. Но она лишь подзадоривала меня, и глухое рычание вырвалось из моего горла – скоро, скоро…
Мы разделились, окружая его. Тьма, что окутала лес, казалась нам лишь легкими сумерками – мы видели прекрасно. Холодный воздух проникал в меня при каждом вдохе, земля словно подталкивала каждый мой шаг, и я бежал все быстрее.
Его запах стал острее, и меня жгло изнутри. Обманным движением мы заманили его в ловушку и постепенно сужали круг. Еще несколько шагов – и вот уже я вижу его. Вижу его горящие злобой глаза, слышу утробное рычание. Понимая, что бежать некуда, он замер и ощетинился. Его тело напряглось, а мы медленно приближались. Клыки во рту зачесались, мне не терпелось разорвать ему глотку. Теперь ты никуда не денешься…
Один из нас, самый горячий и нетерпеливый, бросился на него, и они, сцепившись, покатились по земле. Я тут же подскочил, норовя вцепиться в него, а он громко взвыл, когда зубы моего волка вонзились в его тело. Мир сузился до клубка отчаянно дерущихся волков, когда нечто оглушительно громкое полоснуло болью по ушам. Я невольно отскочил, оглядываясь, и увидел их.
Люди. Они подошли близко, а мы, увлеченные погоней, их не заметили. Повсюду мелькал яркий чужой свет, а новые опасные звуки сотрясали все вокруг. Опасность, страшная опасность…
Меня разрывало от желания добить его, но я не мог пожертвовать своими волками. Бросив клич, я помчался прочь, в темную глубину зарослей, а моя стая летела следом. Вскоре люди остались позади, но и он исчез. Я бежал прочь, уводя своих, но мне хотелось выть на луну со всей болью, что терзала меня изнутри. Опять упустил! Но ничего, ты не уйдешь в следующий раз… Ты ослаб и ранен, ты один в своей ненависти и напуган. Ползи в свою нору, зализывай раны!
Мы тебя все равно найдем.
***