Ее голос задрожал, а Трэвис поднял голову. В его глазах, впервые с тех пор, как она очнулась, Сэмми увидела то, что так старательно прятал.
- Ты… вспомнила? – чуть слышно проговорил он.
- Да, - кивнула Сэмми, слеза сбежала по ее щеке. – Прости, что забыла… Мне очень жаль. Не знаю, почему так вышло, ведь это было самым прекрасным, что случилось в моей жизни… Но я… тоже не могу жить без тебя, Трэвис. Именно это я и хотела сказать, но наговорила какой-то ерунды, как дура… Прости меня!
Трэвис изменился в лице. Его бескровные до того щеки окрасились румянцем, он часто задышал, глаза заблестели.
- Ты говоришь правду? – проговорил он, и Сэмми, дрожа, кивнула, а он подался вперед и, обхватив ее руками, прижал к себе. – Девочка моя… Это ты прости, я такой идиот… Сам виноват во всем… Мучил тебя столько времени, вместо того, чтобы сказать прямо, что люблю. Я люблю тебя, люблю, Саманта…
Сэмми разрыдалась, прижавшись к его обнаженной груди.
- Я тоже тебя люблю, - проговорила она сквозь слезы. – Больше всего на свете!
Руки Трэвиса гладили ее, обнимали, а она беззвучно лила слезы, понимая, что слишком поздно призналась себе и ему в своих чувствах. Сейчас Саманта, не задумываясь, отдала бы жизнь, чтобы спасти его.
- Родная моя… - шептал Трэвис, целуя ее волосы. – Я так мечтал об этом… Но боялся поверить, что ты захочешь быть с таким, как я. А сам влюбился по уши… Давно, еще до всего этого. Не понимал себя, не знал, как к тебе подойти. А потом ты нашла меня сама… И я так боялся тебя напугать! Боялся, что ты поймешь, какой я на самом деле, и уйдешь навсегда. Но не мог скрывать от тебя свои прошлые поступки. Прости за все, что наговорил тебе…
Трэвис говорил, словно бурный поток прорвался сквозь плотину, а каждое его слово намертво врастало в сердце Саманты. Она не верила своему счастью, что единственный, кто был важен для нее в этом мире, чувствовал к ней то же самое.
Она чуть отстранилась и взглянула в его прекрасные голубые глаза.
- Я знаю, какой ты, - тихо сказала Сэмми. – И люблю тебя таким.
Трэвис потянулся к ней. Приблизившись к ее лицу, он словно замер в некой робости, а потом поцеловал ее. Нежно, трепетно и сладко. Пусть это был не первый их поцелуй, но именно сейчас он стал откровением для них обоих, открыв новую неизведанную вселенную.
Сэмми обняла его за шею, целуя в ответ, и его руки задрожали, стискивая ее в объятиях. Едва дыша от переполняющих их чувств, не чувствуя слабости, они слились в безумной ласке, забыв обо всем на свете.
Счастье, мучительное, сладостное, охватило ее до каждой клеточки тела. Сэмми казалось, что нет ничего прекраснее, чем поцелуи Трэвиса. Его горячие губы, прикосновения к его коже, ее аромат и жар… «Люблю, люблю, люблю!» - хотелось ей кричать, но не было сил оторваться от него…
Часть 35-2.
Сэмми не знала, сколько времени они провели в объятиях, целуя, обнимая и лаская друг друга. Минуту или час – время исчезло, оставив им только любовь. Когда, наконец, удалось разомкнуть объятия, хотя бы немного, стало приходить понимание того, что происходит с ними сейчас.
- Трэвис… Что же с нами будет? – проговорила Сэмми, глядя в его глаза, тотчас подернувшиеся болью.
- Не знаю, моя хорошая… - Трэвис вздохнул. – Но помни, что я не дам тебе пострадать. Сделаю для этого, что угодно.
Сэмми осмотрелась – подвал был абсолютно пустым, лишь пластиковое ведро в углу и бутылка воды. Только увидев ее, она осознала, насколько хочет пить.
- Можно мне воды? – попросила она, и Трэвис тотчас пододвинул к ней бутылку:
- Прости, Лягуш, я не подумал, что… Держи скорее.
Осушив разом не меньше половины, Сэмми перевела дух. Убрав бутылку в сторону, она взглянула на Трэвиса и только сейчас поняла, что он не вставал с места все это время.
- Что он с тобой сделал? – вырвалось у нее, и тот вздрогнул.
- Этот урод что-то мне вколол, - проговорил он сквозь зубы. – Я от этого почти без сил… И не могу обратиться. По моим ощущениям скоро ночь, а я едва могу пошевелиться. Поэтому и не связан – в этом нет нужды. Япошка вернется за мной, и тогда мы и попробуем…
Поежившись, Сэмми прижалась к Трэвису и закрыла глаза. Сейчас, когда счастье стало так возможно, когда удалось прикоснуться к нему и прочувствовать в полной мере, ужасная угроза нависла над ними. И была очень реальной.