Тот, казалось, был обескуражен поведением своего подельника, но покачал головой:
- Прости, Саманта… Мне жаль, что пришлось втянуть тебя в это, но пойми – наука требует жертв, прогресс не стоит на месте. Подумай, сколько открытий нас ждет впереди! Новый вид людей-волков! Это будет делом моей жизни!
Японец вышел из подвала, заперев дверь, а Сэмми разрыдалась в голос, не в силах выплыть из бездны черного отчаяния и боли.
Внеглавие 4.
Трэвис.
Я сопротивлялся, как мог, но силы словно исчезли, и все, что я был в состоянии делать – орать и крыть матом подонка, который сжимал мои руки в стальных тисках.
Дефалко лишь смеялся, слушая мои бессильные угрозы:
- Не верещи, Дойл, тебе это не поможет… Ты сам виноват, что сдохнешь, и девку свою подставил… Вот, что бывает, когда встаешь у меня на пути. Для тебя было бы лучше, если бы ты понял это раньше.
- Вонючий трус! – крикнул я, беспомощно пытаясь противиться ему. – В лесу ты драпал от нас, что пятки сверкали! Что, боишься, что без укола этого психа я тебе кишки на шею намотаю??
Дефалко вывернул мне руку так, что искры пошли из глаз от боли, а потом долбанул меня головой о стену. Сознание помутилось, и я рухнул бы на пол, не продолжай он тащить меня по коридору.
Рисунок на дурацких обоях крутился у меня перед глазами, вытанцовывая странные зигзаги. Похоже на цветы… Которые она принесет на мою могилу. Прости, Лягуша… Я так старался все исправить…
Неимоверно тошнило, но стало чуть лучше, когда меня закинули на холодный стол. Свет из лампы над головой резанул глаза, и я зажмурился. Сейчас, сейчас, еще минуту…
Постепенно я, и правда, приходил в себя, и тут же вернулась неукротимая ярость. Дернувшись, я обнаружил, что не могу пошевелиться – руки и ноги были прикручены к столу ремнями.
- Полежи пока, отдохни, - выплюнул Дефалко и похлопал меня по щеке. – Недолго тебе осталось, Дойл…
Он резко замолчал, словно у него перехватило дыхание, а потом застонал. Я повернул голову, почувствовав резкий запах, который я ни с чем не спутаю – запах волка.
Вцепившись в край стола, Дефалко тяжело дышал сквозь стиснутые зубы, но процесс было не остановить. Глухо выругавшись, он, в полусогнутом положении, выбежал из комнаты.
Что ж, значит, и, правда, настала ночь. Волк «доктору» не подмога, и есть шанс, что мне удастся его уговорить отпустить нас. Хотя, в глубине души, я понимал, что слова тут бесполезны.
Ремни держали туго, и, как я ни напрягал и без того ослабевшие мышцы, выбраться не мог. Пытаясь унять сбившееся дыхание, я принялся озираться по сторонам.
Да, наш бывший препод удивлял – тут развернулась целая лаборатория. Шкафы с бесчисленными препаратами, незнакомое мне оборудование, хирургические инструменты, разложенные на столике неподалеку. При взгляде на них мороз пробежал по коже. Не так я думал закончить свою жизнь.
А как же она? При мысли о том, что может случиться с Самантой, я застонал. Нет, нет… Как же так, почему моя любимая девочка, такая чудесная и добрая, попала в лапы этих маньяков… Со мной все понятно, но чем она это заслужила?
Послышались шаги, и я, повинуясь внезапному порыву, закрыл глаза. Пусть думает, что я без сознания.
Отвратительный запах дешевого одеколона подтвердил, что появился Ямамото. Подойдя ко мне, он хмыкнул и коснулся пальцами ссадины на моей голове, от чего я едва не дернулся.
- Буйная молодежь… - пробормотал он и отошел в сторону, а я приподнял веки. Бывший учитель чем-то шуршал на столе неподалеку, а когда чуть повернулся, я разглядел шприц в его руках.
- Так, дружок… Чтобы пойти дальше, надо вернуть тебя в форму, иначе как я узнаю, действует ли препарат? – обратился ко мне японец, а я притворялся, что по-прежнему без сознания. – Прежде, чем лишить Рэя такого чудесного дара природы, я все о нем выясню… И ты мне в этом поможешь.
Вернуть в форму? Интересный поворот. Я не пошевелился, когда Ямамото всадил мне в плечо иглу, и с напряжением ожидал изменений.
Он вернулся к столу, а я тихонько пытался напрягать мышцы. Вскоре тело, и вправду, стало слушаться, и я едва не вскрикнул от радости. Только вот ремни по-прежнему держали меня крепче некуда.