- Прекрасные люди взрывы не устраивают, - усмехнулся Трэвис. – На самом деле, он очень рисковал ради нас. Точнее, ради меня… Надо будет сказать папаше, чтобы надавил на директора, и Беккеру повысили зарплату.
- Трэвис! – возмущенно шлепнула его по руке Сэмми, а тот хихикнул.
- Да ладно тебе, Лягуш… Вообще, я поговорил с отцом. - Трэвис посерьезнел. – Узнал много нового… Возможно, мне стоит пересмотреть свое отношение к нему. Зато теперь я точно знаю, в кого я такой – он мастерски скрывал, что любит меня на самом деле. Хотя, может, я просто не хотел этого видеть… В любом случае, стоит быть терпимее к нему. Надеюсь, он будет делать то же самое.
- Я рада, - сказала Сэмми, повернув голову и взглянув на Трэвиса. – Плохо, когда в семье напряженные отношения… Думаю, теперь все пойдет хорошо.
- Ага. Сразу обрадую еще больше – на днях мы ждем тебя в гости, - негромко рассмеялся Трэвис, а Сэмми округлила глаза:
- Что? А… Э-э-э… Это необходимо?
- Боюсь, что да, Лягуш, - не моргнув глазом, сообщил Трэвис. – Моему отцу сложно отказать, а он жаждет познакомиться с тобой поближе. Похоже, понял, что у нас все серьезно.
Сэмми смущенно улыбнулась, щеки запылали.
- Мой папа тоже сказал нечто подобное, - призналась она. – Боже, не думала, что знакомство с родителями будет казаться страшнее, чем то, что было вчера…
- Наши мамы нас спасут, - улыбнулся Трэвис. – Приятно, когда кто-то на твоей стороне.
- Это точно. – Сэмми положила голову ему на грудь. – А чем займемся в наши внезапные каникулы?
- Чем захочешь, - улыбнулся Трэвис. – Времени теперь полно. Луна пошла на убыль, так что ночами в лесу можно не тусить. Вообще, у меня ощущение, что я могу управлять своими превращениями… Я же вернулся к тебе, когда стая ушла. Просто захотел и стал снова человеком. Может, конечно, стресс сказался или препарат Ямамото, надо будет еще проверить. Но сегодня я спокоен, как удав, и меня ничуть не тянет повыть на луну.
- О… Это было бы чудесно, - тихо сказала Сэмми, а Трэвис прижал ее к себе покрепче:
- Согласен…
Повисла пауза, пока Сэмми собиралась с духом задать вопрос. Ей-то было хорошо, но каково ему?
- Трэвис, - позвала она. – Ты… не жалеешь, что они ушли?
- Нет, - уверенно ответил он и, чуть помолчав, добавил: - Стая настолько верна мне, что вернулась помочь, когда я их позвал. И я скучаю по ним… По тем ощущениям, что испытал, будучи в стае. Но это не сожаление. Я всегда буду помнить их, но мое место – рядом с тобой. Только с тобой я могу быть счастлив и быть самим собой. Настоящим…
И снова они целовались, а потом говорили. Уснуть удалось только глубокой ночью, причем Сэмми и сама испытывала то же чувство влечения, которое пытался сдержать в себе Трэвис. Но сейчас было не время и не место делать следующий шаг. Впереди еще много прекрасных дней и ночей, они оба в это верили, и всему придет свой черед.
Луна, что светила в окно, больше не тревожила их. Она словно ласкала своим светом тех, кто нашел друг друга, вопреки всему, и подружилась с ними навек.
Часть 37.
Когда, спустя неделю, Сэмми и Трэвис приехали в школу, настроение у них было чудесным. Неделя пролетела, как один миг, и они проводили вместе почти все время. Ужин в доме Дойлов решили отложить – отец Трэвиса, который действительно снял свою кандидатуру на пост мэра города, вплотную занялся делами своей компании, и пока был очень занят. Но Трэвису ничего не мешало быть с Самантой, и пару вечеров они провели у нее дома, в компании родителей.
Бен, если поначалу и держался настороже, то вскоре расслабился, и они с Трэвисом быстро нашли общий язык, беседуя о разных вещах. Сэмми и ее родители с удивлением узнали, что семья Дойл пожертвовала крупную сумму в фонд помощи пострадавшим от пожаров, а также оказала продовольственную помощь – Картер Дойл, помимо прочего, владел большой сетью супермаркетов. Так что мнение о Дойле-старшем если не изменилось, то несколько смягчилось, чему Сэмми была очень рада – не хотелось бы, чтобы их родители враждовали.
Днем Трэвис и Сэмми ездили гулять, ходили в кино и кафе, а ночью он неизменно приходил к ней. Впрочем, в последний раз подъем по стене дался ему с трудом – луна убывала, а с ней и его необычная сила.