- Позвони с моего, - предложила Саманта и вытащила телефон из кармана куртки. Трэвис кивнул и набрал номер.
Когда пошли гудки, он неожиданно включил громкую связь.
- Я звоню на домашний номер, и если трубку возьмет мой отец, поговоришь с ним сама, - велел он, а Сэмми вытаращила глаза:
- Что? Зачем?...
Трэвис не ответил. Когда трубку на том конце сняли, у Саманты перехватило дыхание, но голос принадлежал матери Дойла:
- Алло?
Трэвис, казалось, выдохнул от облегчения.
- Мам, это я, - проговорил он, и Анна тут же ответила:
- Трэвис, где ты? Все в порядке?
- Да, я гулял. Скоро вернусь.
- Я волновалась… Заходила твоя подруга, Саманта – я проводила ее к лесу. Она не вернулась и не перезвонила, и я переживаю, что…
- Мы встретились, - перебил ее Трэвис.
- О, слава Богу! Такая милая девочка, - сказала мать Трэвиса, и щеки Сэмми вспыхнули, а на губах Дойла заиграла улыбка. – Она была очень встревожена.
- Сейчас все нормально, - сказал Трэвис, буравя Саманту взглядом, а та не знала, куда деться от смущения.
- Очень рада, сынок. Она показалась мне славной. Хорошо, что вы вместе!
Трэвис кивнул, будто мать могла его видеть.
- Я тоже так считаю, - ответил он.
Сэмми опустила глаза. Сердце стучало в груди с удвоенной скоростью, и она не знала, почему.
- Мы с папой сейчас уезжаем, - сообщила миссис Дойл. – Ты скоро придешь домой?
- Да, скоро. Не волнуйся.
- Хорошо. Звони, если что!
Анна отключилась, а Трэвис вернул телефон Сэмми.
- Значит, волновалась? – спросил он с улыбкой.
Саманта была рада, что в сумерках он не видит ее покрасневшего лица.
- А ты что думал? – буркнула она. – Зак сказал, что тебе стало плохо.
Дойл приподнял брови.
- Ты говорила с Заком? – удивился он. – Далеко же ты продвинулась в своем расследовании, Лягуш.
- Как иначе я могла узнать твой адрес? Между прочим, мне очень не понравились его шуточки на тему наших с тобой отношений! Ты что-то ему говорил?
- Ничего, - покачал головой Дойл и рассмеялся. – Какая ты чувствительная… Что еще, по-твоему, он мог подумать, раз ты проявляешь ко мне интерес? Только то, что мы встречаемся.
- Я не одна его проявляю, - проворчала Сэмми.
- Верно, и это тоже. Так что не кипятись зря.
- Ладно. – Сэмми, и правда, расхотелось ругаться и бить Заку морду. Слишком большим было облегчение, что все обошлось в итоге.
- Пойдем, - позвал Трэвис. – Пока доберемся, родители уедут. Я переоденусь и отвезу тебя домой.
- Я могу доехать на такси, - попыталась возразить Саманта, но Дойл только отмахнулся.
Они шли молча, думая каждый о своем. Сэмми снова слегка оробела, но на сей раз ее смущали собственные чувства. Почему она так волнуется, когда речь заходит об отношениях между ней и Трэвисом? Ведь она любит Джаспера. Знал бы он, что происходит…
Когда показались огни фонарей, горящих на территории Дойлов, она выдохнула. Ей хотелось скорее добраться домой и прийти в себя – слишком много переживаний для одного дня. Очередного дня после.
В доме, и правда, никого не оказалось.
- Домработница сегодня взяла выходной, - сообщил Трэвис, открывая дверь, в ответ на ее невысказанный вопрос, - а шофер повез моих родителей, так что обойдемся без свидетелей.
- Ты шикарно живешь, - обронила Сэмми, снова почувствовав себя не в своей тарелке от окружающей дороговизны, а Трэвис пожал плечами:
- Думаешь, это имеет значение?
Саманта не ответила, не понимая до конца, что он имеет в виду. Трэвис проводил ее в гостиную и усадил на диван.
- Хочешь чего-нибудь? – спросил он. – Может, чай? Ты, похоже, замерзла.
- Нет, - покачала головой Сэмми и невольно улыбнулась: - Твоя мама предложила мне молочный коктейль.
Дойл тоже улыбнулся, только несколько устало.
- Да, она знает, что я его люблю. Пойду наверх, переоденусь. Не сбежишь?